Но ведь, в отличие от тебя, эльфы не знали начала этой истории. Ты-то небось уже догадался, что это яйцо было тем самым, с которого началось наше повествование? И, в отличие от Санты и эльфов, ты знаешь, кто в нем сидит…

Вскоре в адвент-календаре Санта-Клауса осталась всего одна шоколадная конфета. А это означало, что наступил канун праздника.



— Поторапливайся, яичко, времени совсем нет! — вздыхал Санта, похлопывая по гладкой скорлупе.

Все эльфы до единого и их родственники собрались в инкубаторе, чтобы поддержать Санту. Одни принесли свечи, другие притащили из дома маленькие электрические обогреватели. Рассевшись вокруг яйца, эльфы весь день пели рождественские гимны, призывая малыша поскорее вылупиться.

Через некоторое время Соня внимательно осмотрел яйцо, прощупав каждый сантиметр скорлупы. И повернулся к собравшимся с печальным выражением на вспотевшем лице.

— Боюсь, что на яйце ни одной трещинки.

Санта тяжело вздохнул. Он знал, что пора покинуть яйцо и начать готовиться к…



Вдруг раздался оглушительный треск. Эльфы взволнованно подскочили.

— А ну тихо! — шепотом велел Санта-Клаус и опустил ладонь на острый конец яйца. Провел рукой по блестящей гладкой скорлупе, которая отогрелась и уже не была ледяной. И вдруг замер. Он что-то почувствовал! Да, он нащупал ее — крошечную трещину в скорлупе!

— Сейчас вылупится! — воскликнул Санта.

Все замерли в ожидании чуда. Санта осторожно слез с яйца, встал рядом с эльфами и все они не сводили глаз с яйца.

Откуда-то послышался глухой рокот. Это был очень необычный звук, похожий на грохот приближающегося поезда или очень громкое урчание в животе у сильно проголодавшегося человека. Звук исходил из яйца. Санта и восемь эльфов, обнаруживших яйцо, взволнованно переглянулись.

Они выглядели напряженно-взбудораженными, а может, взбудораженно-напряженными — трудно было сказать наверняка.

Рокот усилился. Яйцо задрожало. Крошечная трещина расширилась и превратилась в глубокую темную расщелину, куда уже почти можно было заглянуть!

Эльфы крепко схватились за руки. Соня испуганно засопел.

А потом всё закончилось так же внезапно, как началось.

Рокот стих.

Дрожь прекратилась.

Никаких новых трещин не появлялось.

Наступила полная тишина.

Все в комнате замерли — но не Санта. Тот храбро шагнул вперед и заглянул в яйцо. Почти ничего не было видно, потому что внутри было очень темно… Но вот, кажется, что-то блеснуло… Санта пригляделся, и что-то блестящее вдруг… моргнуло!

— Глаз! — ахнул Санта.

Блестящий глаз приник к трещине и оглядел собравшихся.

Санта от неожиданности чуть не подскочил до самого потолка. Увидев это, эльфы тоже чуть не подскочили до самого потолка. Оправившись от испуга, Санта и эльфы нервно рассмеялись — надо же было так перепугаться!

Тут-то всё и произошло.



Санта и эльфы едва успели пригнуться, когда яйцо взорвалось и разлетелось на миллиард сверкающих осколков, которые тут же превратились в блестящую пыль.

Санта медленно выпрямился и стряхнул блестки сначала с бороды и усов, а потом с трусов. Протер стекла своих полукруглых очков, а когда снова нацепил их на нос, то просто не поверил глазам! Посреди комнаты, там, где всего несколько мгновений назад лежало яйцо, теперь находилось то, что никак не могло там находиться… Но ведь это Северный полюс, а на Северном полюсе возможно всё, что угодно!

— Что это? — воскликнули эльфы.



— раздалось в ответ.

— Батюшки! — Санта-Клаус утер слезу. — Да это же детеныш ДИНОЗАВРА!


Глава пятая

Рождественский динозавр


Эльфы подняли жуткий шум, засыпав Санту вопросами (естественно, в рифму):


— Это что ж за вид такой?
— Дикий он или ручной?
— Как его мы станем звать?
— Можно имя «Джинни» дать — если девочка?
— Ни-ни! Повнимательней взгляни!..
— Ой, да, точно, извини!

— Довольно! — воскликнул Санта, призывая расшумевшихся эльфов успокоиться. Ему и самому хотелось получше рассмотреть нового, только что вылупившегося члена их полярной семьи. Это действительно был мальчик (спасибо Соне, который подсказал остальным). Санта медленно обошел удивительное существо, сидевшее на полу. Динозаврик был совсем не похож на тех представителей своего вида, которых Санта видел в книжках или в музее.

Его чешуйчатая кожа казалась ярко-голубой. Она отражала свет и блестела так, что издали динозаврик был похож на великолепную статую из полупрозрачного льда. Но стоило Санте подойти ближе, и он увидел, что шкура динозавра переливается тысячами ярких оттенков, которые на спинке складываются в удивительный узор. Может быть, оттого, что яйцо долго пролежало во льдах — или просто по чистой случайности — этот узор напоминал большие симметричные снежинки, которые словно обсыпали его от макушки до самого кончика длинного хвоста, свернутого кольцом, как у огромной чешуйчатой кошки.

Динозаврик заморгал, и Санта понял, что он напуган. Тогда Санта протянул свою большую теплую ладонь к малышу и посмотрел ему в глаза. Динозаврик сразу перестал бояться. Это у Санты всегда получалось: стоило ему посмотреть на вас своими добрыми веселыми глазами, как тревоги и волнения таяли, будто сосульки на солнце.



Санта погладил динозавра по чешуйчатой головке и обрадованно воскликнул:

— Как вовремя ты вылупился! Счастливого Рождества! — Динозаврик улыбнулся и высунул язык. После того, как он провел миллионы лет в замерзшем яйце, ему повезло родиться в таком волшебном месте!

— Хм-м, но что же ты за динозавр? — задумался Санта, вычесывая скорлупу из бороды. — Соня! Сбегай в библиотеку и принеси энциклопедию.

— Так точно, ваше Веселейшество, сейчас… а-а-а! — Соня хотел было закончить фразу в рифму, но Санта быстро вытолкал его из комнаты. Буквально через несколько секунд эльф вернулся, неся на голове увесистый том.

— Так-так, — Санта поправил на носу очки в медной оправе, взял энциклопедию и принялся ее листать. — Что тут у нас… абрикосовый джем… букашки… большие букашки… вата сахарная… гномы… ага! Вот и динозавры. — Он положил раскрытую энциклопедию на землю, чтобы эльфам было хорошо видно.

В книге было не меньше сотни картинок со всевозможными динозаврами. Чешуйчатые с рогами и рогатые с чешуйками, красные с когтями и голубые без когтей. С перьями, перепонками, плавниками и гладкой кожей; динозавры-хищники и травоядные динозавры… Но ни одно из сотен описаний в книге даже отдаленно не напоминало детеныша, сидевшего перед Сантой и эльфами.

Тогда эльфы воскликнули:

— Его здесь нет! Нет, правда, честно! Это новый динозавр, совершенно неизвестный!

Тут пробили старые часы с кукушкой, в комнату вбежал Щекастик и торопливо пропел:


Сани загружены, ехать пора,
Подарков и сладостей ждет детвора!
Олени накормлены перед дорогой,
Сил для полета теперь у них много!
Скорее же, Санта! На сани — и к детям!
А мы тут присмотрим за маленьким этим!

— Да, мы уж о нем позаботимся! — пропели Звездочетка и Скороход, хоть и не в рифму, зато громко и хором.

Остальные эльфы из восьмерки, нашедшей яйцо, закивали. Щекастик был прав: Санта-Клаусу пора было лететь и выполнять свои рождественские обязанности. Ведь наступил канун Рождества — единственный день в году, когда веселого толстяка нельзя беспокоить по пустякам. Санта кивнул, встал и уже собирался уйти, когда кто-то легонько тронул его за щиколотку. Посмотрев вниз, он увидел Брокколи: тот стоял, задрав голову, и нервно поглаживал малыша по бархатистым чешуйкам.

— Санта, прошу, перед уходом придумай имя нашему рождественскому динозавру!

— Хм-м… Рождественский динозавр, значит… — задумался Санта.

И тут же его лицо расплылось в широкой веселой улыбке.

Рождественский динозавр! Вылупившийся из яйца, найденного во льду под снежными полями!

Санта откашлялся, призвал всех к порядку и самым торжественным и громким голосом объявил:


Мои прекрасные полярные друзья!
Хочу вас от души поздравить я,
Ведь перед нами чудо, без сомненья!
Вы посмотрите — просто загляденье!
Единственный, оставшийся на свете,
Наш динозавр — один на всей планете!

Эльфы слушали, и их крошечные глазки наполнились слезами. Санта редко говорил с ними так торжественно, но когда это случалось — до чего же хорошо у него это выходило!

Санта продолжал:


Ценю я ваши преданность и дружбу,
Ну и, конечно, непростую службу,
Что столько лет при мне несете вы.
Но эту ночь я буду помнить вечно —
Когда по вашей доброте сердечной
Возник малыш из вечной мерзлоты!
Как величать диковинного зверя,
В его существование поверя?..
Но хватит размышлять и сомневаться!
Пусть Снегозавром впредь он будет зваться!

Снегозавр издал довольный рык, а полярные эльфы начали ликовать. Они еще долго пели и плясали в компании нового питомца, а Санта тем временем развозил подарки по всему миру. Это Рождество навек сохранилось в их памяти.