Никто не выказывал особого рвения, кроме Аймеи, которая явно рассчитывала получить по прибытии дополнительную плату. Как всегда. Очевидно, прокормить кота стоило недешево. Помощница Чжануса дралась в самой гуще схватки с несколькими разбойниками одновременно и ранила их всех. Премию за первую кровь она уже однозначно заслужила.
Зря она лезла из кожи вон. Иногда само присутствие Аймеи утомляло, но, будучи единственной женщиной в компании Чжануса, она работала вдвое усерднее прочих, а будучи его ученицей, вдвое суровее обращалась с людьми. Чжанус давно собирался с ней поговорить. Иногда лучше сдаться, чем упорствовать. Но сейчас было неподходящее время для беседы.
Так или иначе, Чжанус не собирался затягивать. После короткого обмена выпадами и ударами его люди, неплохо державшиеся, стали потихоньку уступать противнику, превосходившему числом. Тогда он решил поставить точку.
Чжанус воздел молот над головой, слегка жалея, что так и не довелось пустить его в ход.
— Так, так, довольно. Караван твой, Большой Брат.
Тухань, стоя на другом конце маленького поля боя, нахмурился. Он еще даже не вынул из ножен саблю.
— Ты уверен? Как-то рано.
Чжанус пожал плечами.
— Достаточно, чтобы мои ребята заслужили плату за стычку. За победу платят немногим больше, так что не стоит утруждаться.
Ему пришлось остановить Аймеи, которая упрямо пыталась дотянуться до противника, а потом оттащить с поля боя Энчжу и Пио. Пио, похоже, сломал ногу. Более серьезных повреждений никто не получил.
— Сдаемся, ребята. Возвращайтесь к повозкам. Пусть добрые разбойники завершат свое дело.
Как только охранники отступили, Чжанус перевернул песочные часы, запуская отсчет, и взглянул на Туханя.
— Согласно торговому кодексу, у вас пятнадцать минут. Только беспорядка не надо, слышишь?
Тухань Ву, впрочем, был слишком занят, чтобы слушать. Подобрав брошенный Аймеи короткий меч, он приглашал девушку выпить чаю, а та явно была не прочь. Чжанус неохотно признал, что разбойничий вожак вел себя как герой любовного романа. Недоумок, зато эффектный.
Чжанус отвел девушку к повозке, прежде чем она успела условиться о свидании.
— Веди себя прилично!
Праведные Разбойники засуетились, как муравьи на гниющей дыне. Хоть им и недоставало опыта и дисциплины, они с лихвой окупали это числом. Чжанус с удивлением обнаружил, что их действительно не меньше сорока. Неудивительно, что им приходилось грабить все проходящие караваны — прокормить столько ртов!
Разбойники обшаривали третью повозку, когда дверь последнего фургона распахнулась. Из него вышел крепкий тучный мужчина с гладко прилизанными волосами. Он в ужасе взглянул на разбойников, которые шныряли по повозкам, и бросился к голове каравана.
Он погрозил Чжанусу кулаком.
— Что это такое? Что это значит? Почему вы не мешаете головорезам, которые растаскивают товар? Они меня грабят!
— Мы попытались, хозяин Изун. Но проиграли, — сказал Чжанус, качая головой. — Я ведь предупреждал, что двенадцать человек — слишком мало для такого каравана, но от второго отряда охраны ты отказался. Пожалел денег.
— Битва уже закончилась? — уточнил Изун, внимательно глядя на охранников. — На вас же нет ни царапины!
Охранники явно обиделись.
— Конечно, — ответил Энчжа, у которого доспех был даже не застегнут. — Мы профессионалы, а не мясники. Все чисто и аккуратно.
Чжанус поспешил успокоить Изуна:
— Не волнуйся, хозяин. Все подчиняются правилам лунного двора. Эти добрые люди возьмут не больше четверти, и только товары. Личные вещи останутся при нас, и никого не убьют. Они за это ручаются.
— Четверть? Под ручательство разбойника? — караванщик побледнел. — За что я вам плачу, собаки?
Он резко оборвал сам себя и зашагал к вожаку Праведных Разбойников.
— Эй, ты, не знаю, кем ты себя возомнил…
— Меня окружают одни неумехи, — пожаловался в пространство Чжанус.
Прежде чем караванщик успел сделать еще шаг, Чжанус обхватил его за шею и потащил обратно.
— Не обижайся, вожак, он еще новичок, как и ты, и не усвоил правила.
— Предатель, предатель! — вопил Изун, безуспешно пытаясь заехать Чжанусу затылком в лицо. — Вы сговорились с этой подлой шайкой, от вас только и жди ножа в спину!
Чжанус стукнул хозяина рукояткой молота по голове, заставив его замолчать.
— Перестань извиваться, не то запру тебя в сундуке! Я только что спас тебе жизнь.
Он передал дрожащего Изуна Аймеи, как только караванщик угомонился.
— Не отходи от него. Если он умрет, не заплатят никому.
Торговец слабо сопротивлялся в хватке Аймеи.
— Вы… изменники…
Чжанус извиняющимся жестом поднял руки.
— Прости за беспокойство, вожак. Это новичок. Он еще не усвоил местных торговых правил…
Он замолчал и поднял голову.
— Ты слышал?
Вожак Праведных Разбойников нахмурился.
— Что?
И тут услышали они все — слабый вопль сквозь пронзительный свист горного ветра.
Тухань посмотрел на своих. Нет, звук доносился откуда-то издалека, эхом разносясь меж гор. Чжанус, прищурившись, взглянул на дорогу и заметил одинокую фигуру, которая бежала к ним по склону, бешено размахивая руками.
Тухань тоже ее заметил и, поднеся ладонь к глазам, поинтересовался:
— Кого еще несет?
— Это кто-то из твоих? — спросил Чжанус.
— Да нет… Мы весь день лежали в засаде. Может, кто-нибудь с почтовой станции?
Вопли обретали связность по мере того, как незнакомец приближался.
— Подождите, не уезжайте!
Мужчины переглянулись.
— Вы собрались уезжать? — спросил Тухань.
Чжанус посмотрел на песочные часы.
— Еще семь минут.
— Спасибо, что напомнил, — сказал Тухань и повысил голос: — Забирайте добычу, мои праведные братья!
Незнакомец добежал до головной повозки. Он перешел на рысь и наконец остановился, тяжело дыша.
— Спасибо… спасибо, что подождали. Я уж думал, что упустил вас. А потом увидел вдалеке ваши огни и решил догнать. Мне надо забрать посылку…
Длинные волосы говорящего были стянуты в узел на затылке, лицо, покрытое редким пушком, еще не нуждалось в бритве. Судя по цвету кожи, ни ветра, ни зноя он не боялся. Простая грубая рубаха и грязные штаны из домотканины намокли от пота и прилипли к телу, обрисовывая на удивление крепкую и мускулистую фигуру.
Очевидно, парень совершенно не понимал, что происходит на дороге. Чжанус наконец его узнал. Этот юнец поселился в здешних краях несколько лет назад.
— Здравствуй, Гиро, — сказал он. — Ты лучше ступай вперед, на почтовую станцию. Мы скоро там будем.
Гиро приветственно помахал ему и вдруг обнаружил, что окружен вооруженными людьми.
— У тебя, кажется, неприятности?
— Это что за сопляк? — спросил Тухань.
— Просто парнишка из местных, — сказал Чжанус. — Не обращай внимания.
— Вы застряли? Давайте подтолкну, — с улыбкой предложил Гиро.
Один из разбойников схватил его за ворот и пихнул в сторону.
— Стой смирно, Гиро, — велел Чжанус. — Я к тебе вернусь, когда закончим.
Его внимание привлекла какая-то суматоха в хвосте каравана. Один из охранников препирался с четырьмя разбойниками.
— Старший, — крикнули Чжанусу, — они хотят влезть в повозку с почтой!
Торговец Изун, выпучив глаза, вырвался из хватки Аймеи.
— Это официальная почтовая повозка, вы, мерзкие псы! Ты не имеешь никакого права брать княжескую почту, тупой грязный ублюдок!
На сей раз Чжанус ударом дубинки уложил его на дорогу. Впрочем, торговец был прав. Старший охранник повернулся к вожаку и сердито спросил:
— Вы что творите, дряни? Разве не видите лиловую печать императора и золотую надпись на чжинцзы? Даже новички знают, что княжеский груз трогать нельзя!
Туханя это, казалось, не смутило.
— Князья слишком заняты войной и выжиганием собственных земель, чтобы заметить небольшой беспорядок в почтовом фургоне. Поверь, им все равно.
Но Чжанус знал, что князьям будет не все равно, хотя бы из принципа. Правители Просвещенных государств никогда и ничего не упускали. Посягательство на то, что было отмечено знаком высшей власти, они считали покушением на свои привилегии. Впрочем, если эти дураки сами перли на рожон, Чжанус не собирался им мешать. Он велел охраннику отойти, и праведные недоумки принялись радостно рыться в княжеской повозке. Чжанус с упреком покачал головой, когда тюки с письмами, ящики и чужие вещи полетели в грязь.
— Эй, эй, — запротестовал Гиро, извиваясь в хватке разбойника, когда один из грабителей схватил сверток в ярко-оранжевой рисовой бумаге и с любопытством его понюхал. — Это посылка для моей тетушки! Она ей очень нужна!
Разбойник приставил ему меч к горлу.
— А тебе нужна дыра в шее, поросенок?
— От свиньи слышу, — отрезал Гиро и получил кулаком в живот.
От удара он, как ни странно, не согнулся пополам. Или мальчишка был на редкость крепким, или разбойник просто бить не умел. Впрочем, протесты Гиро привлекли внимание Туханя. Беглый монах подошел к валявшемуся на обочине ящичку, завернутому в дорогую рисовую бумагу, и слегка подтолкнул его мыском сапога.