Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Урсула Нубер

Кто я без тебя? Почему женщины чаще страдают депрессией и как находят себя

Предисловие

Как ни печально, но факт: во всех странах мира женщины страдают от депрессии в два раза чаще, чем мужчины. Картина не меняется десятилетиями — уровень заболеваемости депрессией среди женщин как будто застыл на верхней отметке. Казалось бы, само это обстоятельство должно вызывать беспокойство. Но, по-видимому, повышенная уязвимость женщин воспринимается как неизбежное зло. И хотя эксперты настойчиво предупреждают о дальнейшем распространении недуга, тот особый риск, которому подвергаются женщины, они зачастую обсуждают как будто между делом.

В целом опасность депрессивного синдрома признана уже давно. В связи с непрерывным ростом количества новых диагностированных случаев в этой области ведутся интенсивные научные исследования, и в нашем распоряжении уже имеются довольно убедительные результаты. Сегодня нам известно, что депрессии способствуют условия жизни в современном глобализированном мире; описаны биохимические изменения в головном мозге больных, обстоятельно обсуждается роль раннего детского травматического опыта как катализатора заболевания. И, конечно, у нас есть ответ на вопрос о том, почему женщины впадают в депрессию чаще мужчин. Женщины охотнее обсуждают с врачами свои эмоциональные проблемы, и поэтому им чаще ставят диагноз «депрессивное расстройство». В определенные периоды жизни — во время полового созревания, после рождения ребенка, при наступлении менопаузы — женщины страдают от гормональных нарушений, которые отрицательно сказываются на их психическом состоянии. Женщины склонны пытаться решать свои проблемы саморазрушительными способами. Словом, все эти научные публикации можно подытожить так: причины депрессии у женщин либо лежат в области биологии, либо связаны с их личностными особенностями.

Страдающая душа человека изучается как под микроскопом. Однако результаты этих исследований по-прежнему не дают удовлетворительного объяснения тому факту, что уже много лет подряд риск развития депрессии у женщин неизменно вдвое выше, чем у мужчин. Многие специалисты — а значит, и большинство пострадавших — обладают весьма ограниченными знаниями и представлениями о душевном состоянии женщин в депрессии. Последствия этого могут оказаться трагическими: пациентки слишком быстро становятся заложницами «медицинской системы», их симптомы лечат исключительно медикаментозно, или же лечение, которое они получают, создает у них впечатление, что с ними что-то не так. В таких условиях вероятность того, что им удастся установить истинную причину своей болезни, чрезвычайно мала.

Эмоциональное выгорание — благородный диагноз, депрессия — стигматизирующий

В последнее время тот тревожный факт, что женщины чаще, чем мужчины, сталкиваются в своей жизни хотя бы с одним депрессивным эпизодом, совсем отодвинулся на задний план. Связано это с тем, что журналисты открыли для себя другую, по-видимому, более увлекательную тему: синдром эмоционального выгорания. В наше время уже никого не шокирует, если кто-то открыто признается в том, что он — разумеется, по профессиональным причинам — дошел до предела своих сил и работоспособности. Многие знаменитости открыто признавались в том, что «перегорели» и больше не выдерживают стресса: Ральф Рангник покинул пост тренера футбольного клуба «Шальке 04» в связи с душевным и физическим переутомлением; исследователь в области коммуникации и политолог Мириам Мекель попала в клинику из-за психического перенапряжения; знаменитый повар Тим Мельцер, прыгун с трамплина Свен Ханнавальд, автор бестселлеров Франк Шетцинг, певица Мэрайя Кэри, актриса Рене Зеллвегер и многие другие заявляли о том, что достигли нервного истощения. Всех их объединяет поставленный им диагноз: «синдром эмоционального выгорания», а не «депрессия». И все они — до того, как «выгорели» и им пришлось сделать перерыв, — были чрезвычайно успешны и крайне эффективны.

Многочисленные публикации в СМИ сформировали у общественности вполне определенное представление о том, что такое синдром эмоционального выгорания. Это болезнь менеджеров, руководителей, профессиональных спортсменов и деятелей искусства. Словом, она настигает тех, кто многого достиг. Ведь для того, чтобы выгореть, нужно сначала сильно гореть. По меткому выражению психотерапевта Вольфганга Шмидбауэра, эмоциональное выгорание — это своеобразная «медаль за подвиг». Вот почему Ханс-Дитер Херман, психолог сборной Германии по футболу, объяснил отставку Рангника с сочувствием и пониманием, сославшись на чрезвычайные нагрузки тренеров: они-де работают 24 часа в сутки и несут на своих плечах огромную ответственность — в том числе за то, на что едва ли могут повлиять.

Женщины, которые страдают от депрессии, тоже работают 24 часа в сутки. Они тоже несут ответственность за многих людей и часто пытаются сделать невозможное и повлиять на то, на что не могут. Возможно, их жизнь не привлекает такого внимания, как биография футбольного тренера, они не получают медалей за свой ежедневный марафон и не пишут о своем опыте книги, которые становятся бестселлерами. Поскольку они не знаменитости, а все их достижения и ими самими, и окружающими обычно воспринимаются как что-то само собой разумеющееся и не представляющее из себя «ничего особенного», то, когда они доходят до предела своих внутренних ресурсов, им не выдают медаль с надписью «эмоциональное выгорание». Их проблема получает другой, совсем не модный ярлык: «депрессия». Эти «бытовые футбольные тренеры» не могут рассчитывать на чуткое внимание публики, их не окружают пониманием, не восхваляют за успехи и ежедневные поиски баланса между семьей и работой, детьми и карьерой.

В отличие от тех, кто страдает от эмоционального выгорания, такие женщины не могут даже помыслить о том, чтобы публично заявить о своих трудностях. Наоборот, их тяготы никто не должен замечать, они не хотят никому докучать своими тревогами и проблемами. И, если в какой-то момент у них заканчиваются силы, они не знают, как быть, и чувствуют, что вот-вот надорвутся под грузом ответственности и обязанностей, чаще всего они винят за все самих себя: это они недостаточно старались, это они сделали что-то не так, это они, как им кажется, «какие-то не такие». Они плохо понимают самих себя и редко встречают в окружающих сочувствие, в котором отчаянно нуждаются. Если выгорание — благородный диагноз, то депрессия — стигматизирующий. И сколько бы эксперты ни подчеркивали, что между двумя этими заболеваниями нет никакой разницы и что в сущности синдром эмоционального выгорания лишь описывает процесс, который приводит к депрессии, — депрессия по-прежнему пользуется дурной репутацией. Признаться самому себе или окружающим «У меня депрессия» сегодня все еще ощутимо труднее, чем сказать: «Со мной случилось эмоциональное выгорание».

Несомненно, нужно приветствовать тот факт, что благодаря популярности темы эмоционального выгорания психические заболевания и одержимость нашего общества нацеленностью на результат стали обсуждаться более открыто. Но, к сожалению, при этом не только теряется из виду сходство эмоционального выгорания с депрессией, но и возникает своего рода разделение на нервные расстройства первого и второго сорта: с одной стороны, успешные победители жизни, с другой — люди, которые по каким-либо причинам слишком слабы, чтобы справляться с трудностями. Подобное отношение опасно само по себе, но для одной группы лиц его последствия особенно разрушительны: для склонных к депрессии или страдающих депрессией женщин. Пока прожекторы общественного внимания направлены главным образом на эмоциональное выгорание, мучения этих женщин отходят все дальше в тень.