Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Валентина Гордова

Отомстить демону, или Ведьма выходит на тропу войны

Глава 1

— Ты что, ведьма?

Парниша лет семнадцати потрясённо посмотрел на потрёпанную жизнью книгу в своих руках, затем в ужасе уставился на меня.

Я — на него.

Меня, конечно, предупреждали, что быть ведьмой непросто, но почему-то никто не говорил о том, что меня среди ночи из постели выдёргивать будут и непонятно куда порталом переносить.

— А что, не похожа? — Несколько шокированно переспросила, боязливо прижимая к груди беленькое одеялко. Оно новенькое и чистое, ему сюда, в пыльное тёмное помещение, совсем нельзя.

— Да как-то не особо, — меня наградили долгим изучающим взглядом.

Ростом парень был немного выше меня, а я та ещё коротышка. Пшеничные волосы торчат во все стороны, большие голубые глаза какие-то очень уж печальные, под ними глубокие синяки, уголки рта вниз опущены, загорелое лицо осунулось. Рубашка чёрная мятая, брюки такие же, а шнурки на правом ботинке и вовсе развязаны.

— Ну, кого вызывал, так тебе и надо, — выдала я умную мысль, зябко поджимая замёрзшие пальцы ног.

Пол каменный, подземелье тёмное и глубокое, стоять холодно… и страшно.

Пожила, называется, одна, отдельно от семьи. Вот тебе и самостоятельная жизнь — первая же ночь, а меня уже украли! Когда папа узнает — всем хана.

Но когда мама узнает, всё куда хуже закончится, потому что все просто умрут.

— Я, вообще-то, демона вызывал, — непонятно на что обиделся парниша, важно задрав нос.

Чуть подвинув в сторону одеяло, глянула вниз. На неровном каменном полу было выведено ещё более неровное… что-то. Пентаграмма, нужно полагать, но вся какая-то… тут символы съехали, тут линии стёрлись, там потёки, здесь, наоборот, краски совсем мало.

— Ты что, глаз не открывал, когда её рисовал? — Мне в целом стало понятно, почему демон на вызов не явился.

Другой вопрос, почему явилась я? Ведьм вообще вызывать нельзя.

— Да у меня, — незнакомец важность подрастерял, неловко потёр затылок ладонью и отвёл виноватый взгляд, — после последнего экзамена перед глазами всё плывёт. Но мне казалось, что я всё правильно делаю, по инструкции.

Недолго думая, этот перевернул книгу и с готовностью протянул её мне, чтобы замереть уже через секунду.

Вот именно так мы и выяснили, что на его пентаграмме ещё и экранирующего полога нет, и если бы тут правда был демон… добром это всё не закончилось бы.

Парень мрачно выругался, но руку мужественно не одёрнул.

Сочувственно на него поглядев, я осторожно забрала книгу, вгляделась в потемневшие от времени страницы. Ну, что могу сказать? Он честно пытался…

— Вот паучьи потроха! — Он уже и сам понял, что накосячил, и сильно, но надежда, она, как известно, умирает последней. — А ты точно не демон? Может, у тебя дедушка какой или дядя троюродный из рогатых?

И столько надежды в голосе и во взгляде, что мне паренька жалко расстраивать ещё больше было.

— А зачем тебе демон-то? — Закрыла книгу, поправила сползающее одеяло, передала талмуд обратно парню.

Тот взял небрежно, на стол, скрытый во мраке, опустил с тихим стуком и вздохнул. Печально очень.

Мама всегда говорила, что я для ведьмы слишком жалостливая. Она у меня сама ведьма, причём самая настоящая боевая, так что мама точно знает, о чём говорит. А даже если она какие глупости или неправды выдаёт, мы всей семьёй всё равно принимаем её слова за чистую правду. С ведьмами, особенно боевыми, вообще лучше не спорить и не ругаться. Они такие, не посмотрят на то, что ты их родная дочь, проклянут по самое не могу.

Не подозревая о моих печалях, незадачливый маг принялся делиться своими:

— У нас, — говорит, — сессия. По высшей некромантии вчера всю ночь экзамен сдавали. Знаешь, что профессор удумал? — И, не дожидаясь, пока я хотя бы попробую ответить, парень, который вдруг обрадовался неожиданному слушателю, негодующе вскричал: — Заставил гнилые зубы у поднятых зомби лечить! Ты представляешь?

Я представляла, и даже больше. Есть в моей семье один такой некромант, дядя мой. Его в лес не пускают — он как уйдёт, так обязательно какую-нибудь редкостную гадость в дом притащит. У нас в пруду умертвия уточек плавают, а на чердаке мёртвые вороны гнёзда вьют.

Нет, вообще, у дяди есть свой дом, но он там, как папа говорит, доэкспериментировался. Что там и из-за чего, мне неведомо, но точно знаю, что подземные этажи затопило и там теперь зомби-русалки живут, из кустов, если близко подойти, костяные руки выпрыгивают и утащить пытаются, а ещё какие-то особо прыткие зомби добрались до погреба и перебили многочисленные алкогольные запасы. Дядя как узнал, думали, сердечный приступ схватит.

Так что я точно знала, что значат причуды некромантов. И лечение гнилых зубов — ещё не самое страшное, что может произойти.

— А ты, что же, некромант? — Я, не удержавшись, окинула парня внимательным взглядом.

Исходя из моего опыта, некроманты выглядят совершенно иначе. Если судить по дяде и его изредка заглядывающим друзьям, представители данной магической профессии все сплошь худющие, кожа у них бледная, под глазами огромные синяки, волосы безжизненные, а с губ слетает больше невнятного мычания, чем разумных чётких слов, что делает некромантов очень похожими на зомби.

Нет, вызвавший меня маг борца с ожившими мертвецами совсем не напоминал.

Но, вопреки моим рассуждениям, он встал ровнее, гордо задрал нос к высокому тёмному потолку, чуть отставил в сторону ногу и с достоинством подтвердил:

— Чистокровный.

— Сочувствую, — сказала искренне.

Гордости и достоинства в парне мгновенно стало на порядок меньше, меня наградили мрачным недовольным взглядом и рассказ решили не продолжать.

— В общем, я в начертательной магии практикуюсь, — сократил до минимума он всё, что вертелось у него на языке. — У нас тут утром экзамен, а я…

— Не готов, — закончила я за него, осознав, что сам парень договаривать не будет. — Ну, сочувствую ещё раз. Я во всей этой ерунде не смыслю ничего, так что давай, возвращай меня домой.

Я подобрала одеяло, перехватила поудобнее, чтобы оно во время перехода не пострадало, а парень возьми да осторожненько так спроси:

— А ты где живёшь?

И как-то мне это сразу совсем не понравилось.

Настороженно глянула на мага, с опаской проговорила:

— Влека.

— Фух! — Этот сразу расслабился, выдохнул облегчённо и с улыбкой заключил: — Местная.

Решила просто не говорить о том, что местная я неполные сутки всего.

И тут случилось страшное. Ну, точнее, я сначала услышала далёкий железный скрежет и мужской грубый приказ «Держи его!», потом парень передо мной глухо выругался и схватил книгу со стола, а уже потом, когда он её в панике в кучу пыльных свитков на полу зашвырнул, я и поняла, что случилось что-то страшное.

Эх, а я ведь только-только решила, что ночное приключение закончится вполне мирно!

— Ты, — этот перепуганно на меня глянул, — ты моя девушка! У нас тайное свидание, ты… через окно влезла!

— Чего я сделала? — Положительно ничего не поняла, а парень уже схватил меня за руку и грубо в сторону оттащил. — Да что ты делаешь? Отцепись от меня!

Словно не слыша, маг-недоучка рывком избавил меня от одеяла и тут же постелил его на пол. На грязный, пыльный пол, прикрывая кривую пентаграмму. Сверху без раздумий была уложена я в одном чёрном ночном платье. Хотя, как уложена… парень мне подсечку сделал, за плечо придержав, чтобы не так сильно упала.

Уже через секунду его мятая рубашка полетела в тёмный угол, ботинки следом.

— Совсем сдурел? — Прохрипела я, когда незнакомец положил руки на свой ремень.

У меня от переизбытка эмоций горло сдавило и голос охрип, а руки онемели и перестали слушаться, когда я попыталась подняться.

— Это Дарэн со своей шайкой, — с откровенной неприязнью к вышеозвученным срывающимся полушепотом бросил парень, рывком освобождая брюки от ремня. — Если они узнают, что тут произошло…

Договорить чудик, втянувший меня в неприятности, попросту не успел.

Голоса приблизились, вместе с ними топот ног и непонятное рычание, а затем деревянная дверь, ведущая в этот заброшенный полутёмный зал, распахнулась. В этот же миг маг грохнулся на меня, придавив своим далеко не лёгким, местами сильно волосатым телом. От брюк он успел избавиться, а наличие нижнего белья было слабым, но всё же утешением!

— Совсем уже! — Зашипела я, пытаясь неподъёмную громилу с себя спихнуть.

Он с таким же упорством за меня цеплялся.

Вот так и вышло, что вдруг ярко вспыхнувший прямо над нашими головами шар осветил два практически обнажённых, тяжело барахтающихся, а после замерших в неестественной позе тела.

— О как весело, — послышалось насмешливое сверху.

— Ир, поделишься? — Хохотнул кто-то ещё неприятным грубым голосом.

— Вот это ножки, — присвистнул третий и у меня щёки запылали, когда я поняла, что юбка платья задралась практически до пояса.

Четвёртый из ввалившихся всеобщего веселья не разделял.

— Сигнал шёл отсюда, — проговорил он негромко, но так, что смешки мгновенно стихли и только что прибывшие мгновенно стали серьёзными и собранными, а лично у меня жуткий холодок по коже прошёлся.