— А если двое придут? — уныло спросил сотрудник.
— Вот почему ты такой? — всплеснул руками Михаил. — Зачем о грустном? В общем, действуй по обстановке, но не забывай пользоваться головой. Запрешь в тоннеле двоих — никто не огорчится. Ну все, удачной охоты!
Глава третья
В отделении милиции города Кыжма было тихо, как на сельском кладбище. Даже нарушать не хотелось эту блаженную тишину. Видимо, преступники в городе перевелись, в чем не было, кстати, ничего удивительного — город закрытый, все на виду, повсюду глаза и уши.
Дежурный, увидев перед носом удостоверение КГБ, вышел из комы, доступно объяснил, как пройти в кабинет к майору Дерибасову — начальнику отделения. И успел, как видно, позвонить — майор не спал, перелистывал бумаги и сосредоточенно хмурился. На вид лет пятидесяти, обычный служака, из тех, про которых говорят: одна извилина, и та — след от фуражки. Для службы в подобных городках много ума не нужно — главное, четко соблюдать инструкции и выполнять приказы вышестоящих начальников.
— Здравия желаю, — поздоровался Кольцов. — Товарищ Дерибасов Федор Егорович? Майор Кольцов, Шестое управление, город Москва.
— Да, конечно, присаживайтесь, — засуетился майор. — Чем могу? Чай, кофе?
— Телефонная трубка, — улыбнулся Михаил. — Позвоните своему начальству в области, пусть оно свяжется с подполковником Константиновым из областного КГБ, телефон у дежурного по УВД должен быть. Пусть назовет мое имя и выслушает ответ.
— Прямо сейчас? — сглотнул Дерибасов.
— А зачем ждать? Жизнь идет, все меняется. А я покурю в коридоре, не возражаете? Через пять минут вернусь.
Он вернулся ровно через пять минут. Майор Дерибасов уныло разглядывал телефонную трубку, которую только что положил на рычаг.
— И что сказало начальство, Федор Егорович?
— Чтобы наше отделение оказывало всяческое содействие вашей группе.
— Отлично, — Михаил удовлетворенно кивнул. — Тогда начнем. Отдел уголовного розыска входит в структуру вашего отделения?
— Да, конечно, — упитанное лицо майора немного расслабилось, — первый этаж, четвертый кабинет, капитан Литвин. Сотрудник новый, всего полгода в строю. Полчаса назад он был на месте, писал отчет, думаю, еще не ушел.
— Замечательно, Федор Егорович, — Михаил сухо улыбнулся. — Тогда не буду вам докучать. Если понадобитесь — встретимся. И постарайтесь в ближайшие дни не загружать уголовный розыск второстепенными делами.
Капитан Литвин произвел неплохое впечатление. Сравнительно молодой, осанистый, еще не обленившийся на работе в «курортном» городке. В глазах — никакой паники, разве только настороженность. Рукопожатие было твердым, предложил присесть.
— Федор Егорович позвонил минуту назад, сообщил про вас — очевидно, вы еще спускались. — Михаил не сдержал улыбку, телефон местные правоохранители освоили в совершенстве. — Чем могу?
Завесу тайны пришлось приоткрыть — самый край, иначе толку не будет. Брови капитана удивленно приподнялись.
— Коммуникационный кабель используется явно не по назначению, — резюмировал Кольцов. — А что касается подробностей, то лучше тебе не знать, капитан. Крепче спать будешь. Ничего, что я на «ты»? Для лучшего взаимопонимания, так сказать. Можешь тоже «тыкать» — мы с тобой примерно одного возраста. Понял, о каком районе речь?
Литвин расправил на столе карту, Кольцов показал пальцем. Капитан кивнул:
— Усвоил. Лично этот колодец не видел, но охотно верю. Если есть коммуникация, должен быть и доступ к ней. Совсем без защиты колодец? — Литвин озадаченно почесал ершистую макушку. — Такое бывает?
— Не поверишь, товарищ Литвин. Самому стыдно за своих братьев по оружию. Виновные будут наказаны, но все страшное уже случилось. Нет нужды совать тебе подписку о неразглашении? Никому — ни коллегам, ни родным, ни жене с любовницей.
— Нет у меня любовницы, Михаил… — капитан досадливо отмахнулся. — Ладно, жены тоже нет. Успею еще. Понял — никому.
— Славно. Милиция патрулирует этот район — меня не обманули?
— Да, — кивнул Литвин. — Не скажу, что держим местность под прицелом, но все же патрули там появляются чаще, чем в других местах.
— Странно, за два часа ни одного милиционера не увидел.
— Бывает, — Литвин не стал смущаться. — Обратитесь в патрульно-постовую службу, это их компетенция. Раза три в сутки проезжают мимо — это точно. Есть инструкции. Связаны ли они с вашей коммуникацией — не знаю. Район не закрытый, граждан оттуда не выгонишь, могут ходить в лес, на реку. Но подозрительных лиц без документов есть приказ доставлять в отделение до выяснения личности.
— И много шпионов отловили за последний месяц?
— Парочку, — Литвин улыбнулся. — Проверили, отпустили. Там же две деревни, Бурминка и Васино, прописаны сорок с лишним граждан. Эти двое в гости к сельчанам приехали. Один — к тетке, другой — старого однополчанина проведать. Других «шпионов» не ловили.
— Происшествия в последнее время случались?
— Случались, — Литвин не менялся в лице. — Примерно неделю назад в квадрате, о котором вы говорили, патрульный экипаж засек постороннего. В том самом лесу, что примыкает к железнодорожной ветке, только западнее. Мужик вышел из леса — в кепке, сапогах, брезентовой накидке с капюшоном. Дождь как раз шел. Рюкзачок у него на плече болтался. С виду обычный грибник — сезон опят как раз начался. «УАЗ» из-за леска выехал, а мужик на опушку вышел. Наших не заметил, потом шум услышал, заволновался, задергался и побежал обратно в лес. Нашим интересно стало, съехали с проселка — и к опушке. Выскочили, давай в крик: гражданин, остановитесь, все такое. А в лесу только ветки хрустят — убегает. Стрелять не стали — потом ведь отчитываться надо за потраченные боеприпасы. Сунулись в лес за мужиком, но там сплошной бурелом, завязли, вернулись. Потом опять кружили по району — уже из принципа, но мужик как в воду канул…
— С рюкзачком, говоришь? — задумался Кольцов.
— Ну да. Патрульные, когда вернулись, рапорт написали. Злые они были, испачкались в лесу здорово. Евсеев сапог порвал — за корягу зацепился. Гайзуллин щиколотку повредил, хромает до сих пор.
— Приметы запомнили?
— Не особо. До объекта метров сто было, когда он в лес рванул. Что тут рассмотришь? Среднего роста, среднего телосложения, сутулится, бегает быстро — значит, полтинника еще нет. По словам Евсеева, небритый, лицо широкое. Бежал еще странно. Когда отталкивался правой, прыжки получались длиннее, хотя вроде не хромал.
— Ладно, хоть так. Машины с номерами других регионов не попадались?
— Нет, — Литвин решительно помотал головой. — Если и приезжали, то их убирали с дороги. В основном местные. У них старые «Жигули», «УАЗы», «газики» послевоенных годов. Едут в лес, занимаются «промышленным» сбором грибов. Набивают полные салоны, багажники, везут в город, на базаре продают. Или перекупщикам сдают за бесценок, если самим стоять не хочется. Весь сентябрь у них страда. Получают, в общем, нетрудовой доход. Мы не ОБХСС, экономическими преступлениями не занимаемся — иногда шуганешь, пригрозишь…
— Еще случались происшествия?
— Так точно, случались. Через пару дней, как постороннего в лесу засекли, в том же квадрате труп нашли.
Кольцов вздрогнул:
— Литвин, ты издеваешься? Только сейчас об этом говоришь?
— А что не так? — не понял капитан. — Говорю как есть, в хронологической последовательности. Жители Васино, мать и дочка, пошли в лес и на мертвого мужика наткнулись. Примерно там, где хлопцы чужака засекли, только метрах в двухстах западнее — в лесу, недалеко от опушки. Девчонку жалко, пятнадцать лет дурехе, хотя уже и не маленькая — грибное семейство под осиной увидела, обрадовалась, полезла через ветки, оступилась — и прямо с трупом обнялась. Орала, словно с лошади упала, мать прибежала, давай вместе орать, побежали в деревню… В общем, из сельсовета нам позвонили, мы прибыли, отработали труп. Некто Мухачев, житель того же Васино, бывший механизатор, сейчас на пенсии, любитель выпить, но не запойный. Намедни пропал, соседи его два дня не видели. Рядом с трупом лукошко с грибами лежало, в нем, кроме грибов, початая чекушка… Все понятно, споткнулся, виском о сучок. Жалко мужика, но… закусывать, в общем, надо. Или вовсе не пить, когда в лес идешь. Совместил, что называется, приятное с полезным…
— Списали, разумеется, на случайную смерть?
— Не было оснований подозревать убийство. Мухачев — из тех персонажей, что вообще никому не нужны. Эксперты не копали, написали заключение про несчастный случай. Внешне так и было. У вас особое мнение, Михаил? Хотя сейчас, после того, что вы рассказали… — Литвин озадаченно почесал подбородок.
— Вот именно. Нехорошее место. Куда вероятнее, что Мухачев оказался не в то время не в том месте. Стал свидетелем того, чего не должен был видеть. Следы посторонних ваши эксперты, разумеется, не искали.
— Ну, не знаю, — развел руками Литвин. — Можем вернуть все обратно, прочесать лес, возбудить уголовное дело.
— И окончательно отпугнуть от нас шпиона, — кивнул Михаил. — Нет уж, Литвин, что упало, то пропало. Разберемся — восстановим справедливость задним числом. Тебе поручается важное дело: наладить силами оперов наблюдение за объектом. Объект — колодец. Точка наблюдения — холм за железнодорожной насыпью. Себя не выявлять. Дежурить по двое — и днем, и ночью. Инструкции получишь. Человек придет, возможно, не один, действовать по обстановке, упустить его нельзя. Машину спрятать подальше, выдвигаться пешком. Сейчас там наш человек, зовут Вадим. Будьте осторожны, чтобы не пальнул. Сошлетесь на меня. Сотрудника доставить в город — он мне нужен. Все понятно, Литвин? Твое присутствие там необязательно — если грамотно наладишь работу. В общем, вызывай четырех толковых ребят. Как долго продлится «командировка», сказать не могу. Надеюсь, недолго. Понимаешь значение миссии?
Конец ознакомительного фрагмента