Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Вера Камша

Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд Смерти. Рассвет. Часть четвертая

Автор благодарит за оказанную помощь Александра Бурдакова, Егора Виноградова, Эльберда Гаглоева, Александра Гинзбурга, Ирину Гейнц, Марину Ивановскую, Дмитрия Касперовича, Александра Куцаева (Colombo), Юрия Нерсесова, Илону и Сергея Спилберг, Елену Цыганову (Яртур), Игоря Шауба и Mrs. Colombo и им же посвящает эту книгу.

Только мёртвые видели конец войны.

Платон

…За ошибки платить былые всем приходится нам когда-то.
Только знай: никому не должен ты за то, чего не просил…
…Кони ржут. Истекает небо над холмами кровью заката —
И в бою бросить вызов смерти и судьбе тебе хватит сил.
Серебриться — снегам и звёздам. Песне — длиться, и сердцу — биться.
Жить — живым. А надежде — жарко разгораться в груди костром…
И друзьям в ответ улыбнёшься ты, услышав: «Ночь тает, гици!»
И в прищуре упрямом синем вспыхнут искры: «Радуйся, Ро!»
И, с седла наклоняясь, протянет тебе кто-то, как брату, фляжку…
Так вот крылья и отрастают — и беде, и боли назло.
Да, ещё далека победа. И ещё вам придётся тяжко.
Но рассвет в свой черёд настанет. Не для нечисти он — Излом.
Ты поверить сумей: не поздно жизнь тебе начинать сначала —
Потому что жизнь, Иноходец, споря с болью, берёт своё…
Горизонт вскипает грозою. Зло закат полыхает алым.
Не нужна тут смерть — и не будет, в этом вы поклялись, её.
В летних травах зажгутся маки. Откровив, затянутся раны.
…Пляшет конь под тобой — и сабля в самый раз тебе по руке…
Ветер треплет плащи медвежьи, и блестит шитьё доломанов,
И звенят удила, и стынет колко изморозь на клинке.
Будет скачка навстречу бою ночью этой сродни полёту.
Над заснеженными полями будет ярко сиять луна…
Эхом вторят удары сердца перекличке Зимней Охоты:
«Нынче — праздник. Радуйтесь, други! День растёт — и скоро весна!..»

Елена Толоконникова (Красный Волк)

Те, кто в самом деле не думает, ибо неспособен, вечно намекают на глубины своих размышлений.

Рокэ, герцог Алва, соберано Кэналлоа, регент Талига

Правда при должном применении всегда приносит ощутимую пользу

Марсель, виконт Валме

Когда любовь сталкивается с равнодушием, летят искры.

Арлетта, графиня Савиньяк, урожденная графиня Рафиано

XIII. «Маг» [Высший аркан Таро «Маг» («Le Bateleur»). Это Личность. Воля к поступку, самовыражение, индивидуальность, мудрость, но и тирания, злоупотребление властью. Маг — человек, обладающий во всей полноте физическими и духовными способностями. Карта означает достижение желаемого в доступных вам пределах. Воля, мастерство, ловкость, желание рисковать, использовать свои силы. ПК остается благоприятной — ситуация под контролем, будущее в ваших руках. Может означать неуверенность в себе, а напрасно. Не откладывайте «на потом» важное дело. Нерешительность, колебания, пренебрежительное отношение к себе, неумение использовать свои таланты и способности, нежелание учиться, нехватка сил.]

Сопротивляться, сопротивляться и сопротивляться!

Фидель Алехандро Кастро Рус

Глава 1. Гельбе

1 год К.В. 1-й день Зимних Скал

1

По ногам вовсю тянуло холодом, сквозняк трепал огоньки не сбитых и не затоптанных свечей, и по стенам блохами скакали какие-то дикие тени. Руппи поморщился и потряс головой — ничего не изменилось. Слева что-то капало, мерзкий мерный звук сплетался с тиканьем часов и хрипами: за опрокинутым столом кто-то умирал. Кто? Нужно посмотреть, зажечь огонь и посмотреть, найти огниво и зажечь… Как же, найдешь его!

— Новых свечей не зажигайте, так лучше, — небрежно распорядился негаданный спаситель — темный силуэт на фоне серебрящейся, чудом не сорванной портьеры. — Давайте-ка проверим убиенных, вы — левых, я — правых.

Фельсенбург, не споря, перебрался через нагроможденную дракой баррикаду и принялся переворачивать тела; все либо были покойниками, либо собирались ими в ближайшем будущем стать. Оба не предавших генерала уже стали: Шрёклих лежал ничком, Неффе полусидел, застряв между двух убийц и закусив окровавленный ус. Это могло быть смешно, это было жутко. Вирстена среди мертвецов не оказалось, но гадина, когда Руппи видел ее в последний раз, шарахнулась за буфет.

— Герцог Алва, — проскрипел позабытый в своем укрытии Бруно, — что вы здесь делаете?

— Что и всегда, — вежливо откликнулись из-за все того же буфета. — Дерусь за Талиг, для чего мне нужна ваша армия, и желательно в пристойном виде. Что до вас лично, тут уж как получится. Господин Фельсенбург, я могу вас называть по имени?

— Да. — Вот и Ворон, вот и познакомились…

— Мне о вас говорили. Удачно, что вы здесь и целы. Господин фельдмаршал, нам с вами предстоит решить — удалось покушение или нет. Страница в новом издании Пфейхтайера в любом случае ваша, но, если вы все же уцелели, надо, как говорят законники, разграничить полномочия. Вы получаете вашего предателя, он жив и лежит здесь, у стенки, вызываете лекаря и, видимо, палача, после чего занимаетесь центром позиции и изменой. Сраженьем в целом, раз уж оно началось, будет командовать герцог фок Фельсенбург, он же второй канцлер и брат ныне отсутствующего кесаря. Руперт, вы согласны на пару часов помутиться рассудком и признать во мне отца?

— Простите…

— Видимо, у меня испортилось произношение. Граф фок Фельсенбург, вы готовы помочь мне, обыграв наше сходство, выиграть ваше сражение?

Дикость какая-то… Дикость? Ворон в самом деле выиграет, а Бруно вряд ли, особенно после всего…

— Так мы с Дриксен можем на вас рассчитывать?

— Почту за честь.

— Отлично. Мне говорили, что мы похожи, но действительность превосходит все ожидания. Господин фок Зильбершванфлоссе, вы желаете что-то сказать?

— Я хочу знать, откуда вы взялись и что можете сделать, чего не сделают мои генералы?

— Значит, покушение не удалось? Очень рад, терпеть не могу убийства из-за угла.

— Вот как? — Бруно выполз из-за спасительного бюро. — Фельсенбург, поднимите мое кресло. Врач мне в самом деле нужен, превращаться в страницу я не готов.

— Врач вам нужен исключительно для достоверности. — Алва, не дожидаясь Руппи, перевернул кресло. — Садитесь, фельдмаршал. Головой не трясите, раны, если они у вас есть, я вам обработаю на морисский лад, заодно и ваше любопытство удовлетворю. Руперт, полчаса мы всяко проговорим; столько лет никогда не виделись, а тут такой повод!

— Исполняйте. — Бруно ни Змея не понял, вернее, понял так, что Фельсенбург ждет его приказа. Это после согласия-то помутиться рассудком?! Хотя они все тут помутились, кроме Ворона. — Герцог, вам надо переодеться. К счастью, мы сопоставимого роста, а в создавшихся обстоятельствах вряд ли кто-то обратит внимание на то, что мундир командующего слишком свободен. Коня, полагаю, вы менять не станете?

— Разумеется.

— В таком случае его придется переседлать. Руперт, обеспечьте нашего гостя всем необходимым. Парадный плащ, мундир, перевязь и орденские цепи возьмёте в моей спальне, разумеется, лично и без объяснений. Кроме того, мне нужен ваш слуга.

Слуга? Палач ему нужен, палач для Вирстена! Так нужен, что остального сейчас словно бы и нет — ни армии, ни сражения, ни закрывшего собой фельдмаршала бедняги Неффе…

— Фельсенбург, вы меня слушаете?

— Да, господин командующий.

— Возьмите себя в руки. Вам следует объявить, что легко раненному изменниками командующему помогает внезапно прибывший в качестве союзника и советника герцог фок Фельсенбург. Заодно с помощью своих людей обеспечьте отсутствие вокруг него лишних; из соображений безопасности, само собой. Столь же естественно, вы всем своим поведением подтвердите, что здесь ваш отец.

— Да, господин командующий.

Вот и все. Надо идти и… обеспечивать уединение. Похороны — это потом, сейчас главное — отлипнуть от стены, стереть чужую кровь, поднять и сунуть в ножны палаш, но сперва этот дурацкий первый шаг. Глупость какая, он же только что мертвецов ворочал, и вдруг сам стал как дохлый.

— Руперт!

— Да… — Как же его называть? Не отцом же… Как там было у фрошеров в Старой Придде? — Да… монсеньор.

— Пить и петь будем ночью. Ступай, обними Коро, он жив, я видел, и начинай командовать. Совместно со спешно прибывшим родителем. Что для этого требуется, думай сам.