logo Книжные новинки и не только

«Алая королева» Виктория Авеярд читать онлайн - страница 6

Knizhnik.org Виктория Авеярд Алая королева читать онлайн - страница 6

Мы проделываем большую часть пути вверх по реке, втиснувшись между мешками с зерном, на лодке одного добродушного фермера, с которым Гиза подружилась несколько лет назад. В наших краях люди доверяют ей, как никогда не доверяли мне. Фермер высаживает нас примерно за милю до Саммертона. Мы вливаемся в длинную вереницу торговцев, направляющихся в город, и бредем вместе с ними к Садовым Воротам, как их называет Гиза, хотя никакого сада и в помине нет. Ворота сделаны из сверкающего стекла, которое слепит нас еще на подходе. Из того же материала на вид и вся стена, хоть мне и не верится, что Серебряный король настолько глуп, чтобы прятаться в стеклянной крепости.

— Это не стекло, — объясняет Гиза. — Ну или, по крайней мере, не простое. Серебряные нашли способ расплавлять алмазы и смешивать их с другими материалами. Эта штука неуязвима. Ее даже бомба не пробьет.

«Алмазные стены».

— По-моему, это лишнее.

— Опусти голову. Разговаривать буду я, — шепчет Гиза.

Я иду следом за ней и смотрю на дорогу. Потрескавшийся черный асфальт сменяется белой каменной мостовой. Она такая гладкая, что я чуть не поскальзываюсь, но Гиза хватает меня за руку и удерживает. Килорн без труда шагал бы по этим камням своей моряцкой походкой. Но Килорна здесь нет. Он уже сдался. А я не сдамся.

Когда мы подходим ближе к воротам, я прищуриваюсь, пытаясь разглядеть, что же на той стороне. Хотя Саммертон живет только в течение летнего сезона и пустеет с первыми заморозками, это самый большой город из всех, что я видела. Здесь людные улицы, магазины, бары и закусочные, дома, дворы, а в самом центре — сверкающее громадное сооружение из алмазного стекла и мрамора. Теперь я понимаю, каким образом оно получило свое название. Замок Солнца сияет, как звезда, он вздымается на десятки метров в воздух извилистой массой шпилей и мостов. Некоторые его части затемнены, очевидно, намеренно, чтобы обитателей никто не тревожил. Нельзя, чтоб крестьяне глазели на короля и придворных.

У меня захватывает дух. Замок угрожающий и величественный — и это всего лишь летняя резиденция.

— Имя! — рявкает грубый голос, и Гиза мгновенно останавливается.

— Гиза Бэрроу. Это моя сестра, Мэра Бэрроу. Она помогает мне отнести кое-какие вещи моей хозяйке.

Гиза произносит это, не моргнув и глазом, голос у нее ровный, почти скучающий. Офицер безопасности кивает мне, и я демонстративно потряхиваю мешком. Гиза протягивает ему наши удостоверения — грязные, порванные, готовые развалиться на части. Но их вполне достаточно.

Мужчина, который остановил нас, очевидно, знает мою сестру, потому что на ее карточку он почти не смотрит. Зато мою изучает внимательно, целую минуту сличая лицо и фотографию. Может, он тоже шепот и способен прочесть мои мысли? Тогда моему предприятию скоро настанет конец, и, скорее всего, я заработаю себе проволочную петлю на шею.

— Руки, — со вздохом говорит он, как будто мы ему наскучили.

Я слегка теряюсь, но Гиза немедленно подставляет правое запястье. Я следую ее примеру и протягиваю охраннику руку. Он надевает нам на запястья красные ленты. Они стягиваются, пока не садятся плотно, как кандалы — снять их своими силами невозможно.

— Шагайте, — говорит охранник, лениво махнув рукой.

Для него две молодые девушки не представляют угрозы.

Гиза благодарно кивает, а я нет. Этот человек не заслуживает моего одобрения. Ворота открываются, и мы заходим. Стук сердца отдается у меня в ушах, заглушая шум Больших Садов. Мы попадаем в иной мир.

Такого рынка я еще никогда не видела. Здесь полно цветов, деревьев и фонтанов. Красных тут мало, и они торопятся — бегают с поручениями или продают собственные изделия, тоже отмеченные красные лентами. Хотя Серебряные лент не носят, их нетрудно распознать. Они покрыты драгоценными камнями и металлами — каждый носит на себе целое состояние. Одно движение руки — и я вернусь домой, снабженная всем необходимым. Все Серебряные высоки, красивы и холодны. Они движутся с неторопливым изяществом, которым не может похвастать ни один Красный. Нам просто некогда так двигаться.

Гиза ведет меня мимо булочной, где выставлены пироги с золотой посыпкой, мимо зеленной лавки, где лежат яркие разноцветные фрукты, которых я в жизни не видела, и даже мимо зверинца, полного диких животных, которых я и вообразить не в силах. Маленькая девочка, судя по одежде, Серебряная, кормит нарезанным яблоком какое-то полосатое, похожее на лошадь животное с невероятно длинной шеей. Чуть дальше я вижу витрину ювелирного магазина, которая переливается всеми цветами радуги. Я запоминаю место, хотя не растеряться здесь трудно. Воздух буквально пульсирует, он полон жизни.

Когда мне начинает казаться, что ничего не может быть фантастичней Саммертона, я внимательней смотрю на Серебряных и вспоминаю, кто они такие. Маленькая девочка — тельки, она заставляет яблоко взлетать на три метра вверх. Флорист проводит рукой над горшком с белыми цветами, и они начинают стремительно расти, обвиваясь вокруг его локтей. Он — зеленый, повелитель растений. У фонтана сидят два нимфа, от нечего делать развлекая детей летающими водяными шариками. У одного из них оранжевые волосы и полные ненависти глаза, пусть даже вокруг бегают ребятишки. Площадь полна самых разных Серебряных, которые живут своей необыкновенной жизнью. Их так много, и каждый величественен, чудесен, могуч — и неимоверно далек от известного мне мира.

— Вот так живет другая половина, — бормочет Гиза, ощутив мой трепет. — Меня просто тошнит.

Я ощущаю укор совести. Я всегда завидовала таланту Гизы и привилегиям, которые он ей дает, но о цене никогда не думала. Она редко ходила в школу, и в Подпорах у нее почти нет друзей. Будь Гиза обыкновенной, она обзавелась бы компанией. И умела бы улыбаться. Но эта четырнадцатилетняя девочка прокладывает себе путь иглой и ниткой, взвалив на спину будущее своей семьи и с головой погрузившись в мир, который она ненавидит.

— Спасибо, Ги, — шепотом говорю я ей на ухо.

Сестра кивает, зная, что я имею в виду не только сегодняшний день.

— Магазин Сэллы вон там. Синий навес. — Она указывает в переулок, на крошечную лавочку, зажатую между двумя кафе. — Я буду там, если понадоблюсь.

— Не понадобишься, — быстро отвечаю я. — Если что-то пойдет не так, я не стану тебя впутывать.

— Ладно.

Она берет меня за руку и на мгновение крепко ее сжимает.

— Будь осторожна. Сегодня тут людно. Больше, чем обычно.

— Значит, проще спрятаться, — подмигнув, отвечаю я.

Гиза произносит серьезным тоном:

— И охранников тоже больше.

Мы идем дальше, и с каждым шагом приближается та секунда, когда я останусь одна в этом странном месте. Когда Гиза осторожно снимает с моих плеч мешок, меня охватывает паника. Мы дошли до магазина.

Чтобы успокоиться, я бормочу себе под нос:

— Ни с кем не разговаривай, не смотри в глаза. Не останавливайся. Я уйду тем же путем, что и пришла, через Садовые Ворота. Охранник снимет ленту, и я пойду домой.

Гиза кивает, слушая меня; глаза у нее полны тревоги, но, кажется, в них есть и надежда.

— До дома десять миль.

— До дома десять миль, — эхом повторяет она.

Страшно жалея, что нельзя пойти с ней, я смотрю, как Гиза скрывается под синим навесом. Она помогла мне пробраться сюда. Теперь моя очередь действовать.