Третий лакей, совершенно незнакомый, распахнул дверцу кареты, когда она остановилась во внутреннем дворике напротив главных дверей, выдвинул ступеньки, протянул руку в белой лайковой перчатке и замер с самым почтительным видом.
Ухватившись, Деметра спустилась как можно элегантнее и поняла, что нововведения в замке коснулись не только прислуги. Весь внутренний дворик был украшен каменными вазами с искусственными кипарисами, вдоль высоких стен и хозяйственных построек были протянуты гирлянды с маленькими фонариками, а большие кованые фонари освещали двери и ворота.
Украшения шли только на пользу, даже создавали праздничную и романтичную атмосферу, но Деми все равно не понравились. Хотя бы потому, что из нее хозяйка получилась никудышной и сама она до такого не додумалась. Ей стало интересно, что изменилось внутри, и в то же время совершенно не хотелось об этом знать. Ощущения были идентичны тем, когда она вернулась в Вайерд-хаус после его захвата Юфемией Старлинг.
Тем не менее Деметра вошла в холл, когда перед ней распахнули двери, и вдруг увидела знакомые лица. Ее встречали дворецкий Чемберс и старшая горничная Адамсон.
— Госпожа… — с материнской нежностью в голосе поприветствовала Адамсон. Она сделала какое-то неловкое движение вперед, словно на миг пожелала ее обнять, но вовремя себя одернула. — Мисс Лоренс… Приятно вновь вас видеть.
— Добро пожаловать домой, госпожа, — более сдержанно, но так же тепло добавил Чемберс.
— Здравствуйте, — неожиданно искренне улыбнулась Деми. — Хорошо, что Рубина вас не уволила.
— Что вы… как можно? — удивилась Адамсон, но, как показалось Деметре, притворно. — Госпожа Алана Вэлфорд теперь всем здесь заправляет.
— Да, она ведь до сих пор остается законной женой Сэмюэля Вэлфорда — отца Руби, — вспомнила Деми и почувствовала, как сердце болезненно кольнуло вновь.
Все они пережили вместе такое огромное количество бед… Неужели после этого нельзя было просто жить без ссор?
— Позвольте, мы возьмем ваш плащ, госпожа? — спросил дворецкий и подождал, пока она его снимет. Затем, передав плащ Адамсон, указал рукой на лестницу.
Внутренне настраиваясь на возможный скорый конфликт, Деметра прошла вслед за Чемберсом в гостиную на втором этаже, куда прежде редко заглядывала.
Единственным известным фактом об этой комнате оставался тот, что именно там начался пожар во время прошлого землетрясения. И хоть тогда дворецкий подробно отчитывался о проведении ремонтных работ, Деми не особо интересовалась их ходом. Даже не удосужилась поглядеть на обновленный интерьер.
Сейчас же твердая, но не лишенная вкуса рука Аланы Бланшар чувствовалась везде — судя по всему, мать вознамерилась полностью изменить замок и превратить жуткое готическое чудовище в уютный загородный особняк, наполненный светом, яркими цветами и нежными тканями. И это ей неплохо удавалось. Всюду обнаруживались или новые вазы, или ковры, или светильники. Изменения шли Вэлфорд-холлу на пользу.
Впрочем, гостиная явно принадлежала лично Рубине, поскольку была выполнена полностью в алых тонах. Зайдя внутрь, Деметра обнаружила в ней накрытые к чаю столы, а также и других гостей. К удивлению, их оказалось немало.
Старинный граммофон с огромным золотым рупором, стоящий у стены, проигрывал инструментальную мелодию. На креслах возле горящего камина сидели Вильгельмина Спирита и Мари-Лор Бланшар, выглядящие в своих старинных платьях точь-в-точь как сварливые пожилые тетушки из классических романов. На диване расположились Алана Бланшар и неизвестная Деми молодая женщина. А рядом с ними, по другую сторону низенького стола, находилась и сама виновница торжества — Рубина Вэлфорд в винного цвета брючном костюме. Ее прическа тоже изменилась, и непривычно длинные темные волосы были уложены наверх.
— О, а вот последняя гостья пожаловала! — чересчур энергично воскликнула Руби, заметив сестру в дверях. — Как чудесно собраться всем вместе, не правда ли? Прошу, располагайся, угощайся чаем и сэндвичами. Можешь положить свой подарок на комод у стены, мы будем открывать их чуть позже.
Деми проследила за ее жестом и обнаружила несколько красиво оформленных подарочных коробок неподалеку от граммофона.
— Мой подарок? — переспросила она, усилием воли заставляя себя не показывать тоном охватившей ее растерянности.
— Ну, у нас же здесь девичник, — снисходительно улыбнулась Руби, переводя многозначительный взгляд на мать. — Так они проходят в аристократических кругах, если ты не знала. До свадьбы осталось всего пять дней. Конечно, ничего страшного, если подарка у тебя нет. Присаживайся.
И с милейшим видом сестра указала на кресло рядом с собой.
Не решаясь делать хоть какие-то выводы, Деметра медленно прошла и села на указанное место. Рубина же вела себя так, словно между ними никогда не было никаких недопониманий.
«Я могу улыбаться, могу называть тебя при всех сестрой… Но хочу, чтобы ты знала правду — я тебя ненавижу».
Пока Деми с величайшей осторожностью брала в руки протянутую ей чашку чая и гадала, нет ли в ней яда, сестра начала рассказывать о планах подготовки к свадьбе. Все должно было пройти на самом высоком уровне.
— Церемония венчания пройдет в соборе Тринадцати Первых на площади Эмайна. Грим Фаталь понесет корзинку с лепестками цветов, а Морган Далгарт — подол моего платья, — расписывала она, показывая гостям акварельные эскизы дизайнера, нарисованные в специальном большом альбоме. По его задумке собор на день должен был стать гигантской оранжереей, сплошь украшенной белыми георгинами. — Дедушка Альберт проводит меня к алтарю. Затем небольшая фотосессия, пока все гости перемещаются в главный бальный зал дворца. Там подадут праздничный фуршет и объявят наш с Дрейком первый танец.
Затем планировался бал и танцы до утра, а уже на следующий день молодожены должны были отбыть в свой медовый месяц — путешествовать по самым живописным уголкам Европы, включающим Париж, Французскую Ривьеру и Венецию.
Сестра демонстрировала один альбом за другим — все было продумано до мельчайших деталей. Гостьи восторженно высказывались по поводу роскошного белого платья, которое должно было прекрасно выглядеть на фоне свежего снега, падающего пышными хлопьями. Снег должен был пойти обязательно, и это даже не обсуждалось. Женщины восхищались праздничным меню, фотографиями отелей и невероятных видов из них… Происходящее было настолько искренним и радостным, что Деметра вновь усомнилась в своей вменяемости. Она одна старалась вставлять улыбку туда, куда надо, и не понимала, что вообще забыла на этом празднике жизни.
— Конечно, жаль, что нам пришлось объявить о свадьбе в самый последний момент, — резюмировала Рубина. — На самом деле Дрейк сделал мне предложение больше года назад. Но я хотела, чтобы торжество прошло именно зимой. По этому поводу у нас возникали некоторые… разногласия.
И вновь многозначительный взгляд, на этот раз — на Вильгельмину.
Как по команде, магистр поднялась и прошествовала мимо кресла Деми, чтобы убедиться в том, что ее подарок был доставлен слугами в целостности.
— Приятно увидеться вновь, милая птичка, — сказала она при этом, дотронувшись до плеча Деметры так, что у той по коже прокатилась волна неприятных мурашек.
Лакеи унесли сэндвичи и принесли взамен них пирожные, а Деми выяснила у матери, что незнакомая темноволосая женщина — новая жена ее дяди, Бриана Бланшара. Она тоже явно чувствовала себя неловко, но Алана умело увлекала ее разговорами. Это же она пыталась проделать и со своей младшей дочерью.
— Мы так скучали, Деметра, — начала Алана. — Очень странно, что ты решила уехать на Вайлдхант даже не попрощавшись. И ни разу не приглашала нас к себе.
— А вы ждали приглашений? — двусмысленно спросила Деми, глядя при этом на сестру, контролировавшую работу лакеев.
— Ну, так мы хотя бы знали, что тебе не все равно, — пожала плечами Алана и чуть склонилась к ней, понизив голос: — Она ведь очень переживала, Деми… Все это время.
— А в каком именно особняке, позвольте поинтересоваться, ты проживаешь на Вайлдханте? — чопорно осведомилась бабушка Мари-Лор с таким видом, будто бы не знала верного ответа от своего мужа.
— В Лост-хаусе, — с терпеливой улыбкой ответила Деми.
— В новоприобретенном особняке лорда Далгарта, — заключила пожилая женщина и тут же скривила лицо. — Жить с молодым человеком, до брака, в одном доме… Может, вы еще и в одной кровати по ночам спите?
Приподняв брови, Деметра хотела было спросить, где уважаемая бабушка успела нахвататься таких аристократических замашек, всю жизнь проведя в катакомбах Ордена Монтеры, но была остановлена предусмотрительной матерью, предложившей переходить к подаркам.
— Уверена, что новая свадьба не за горами, — подмигнула Рубина, возвращаясь за стол. — Кстати, я не сказала? Деметра будет подружкой невесты.
И повернулась к ней:
— Я пришлю тебе красное платье. Пожалуйста, надень его ради меня. Оно будет очень хорошо смотреться на контрасте с белым. — Улыбнувшись, она подала знак слугам. — Давайте открывать подарки!
Немногословная Вильгельмина Спирита презентовала золоченый фарфоровый сервиз на двадцать персон в огромном сундуке, бабушка Мари-Лор — стопку изданий английской классики, а жена Бриана — набор постельных покрывал. Алана же преподнесла комплект нижнего белья известной британской марки, настолько роскошный и провокационный на вид, что было стыдно даже взять его в руки.