— Тринадцать! — отрезала Вивьен Ашер. — Мы могли бы не…
— Нет, не могли бы. Ты ожидала, что пригласишь меня к себе и сумеешь избежать этого разговора? — усмехнулся Дориан и с нарочито задумчивым видом откинулся на спинку дивана. — Тринадцать лет… Даже не представляю, что нужно сделать и чего добиться к этому возрасту, чтобы быть приглашенной в Верховный Ковен. Кажется, раньше правила не позволяли становиться правителями до достижения совершеннолетия. Что же поменялось на этот раз, а, Вивьен? Не потрудишься ли объяснить, как и для чего ты это провернула?
— Вильгельмина Спирита уже все объяснила на собрании, не вижу нужды это повторять, — проговорила Вивьен, судя по виду, сумев обуздать свои эмоции. — Грим Фаталь — особенная девочка, и у магистра были все причины сделать ее членом Верховного Ковена так рано. Она должна находиться под постоянным присмотром старших. Вильгельмина изменила правила ради нее и ее способностей.
— Как я посмотрю, магистр меняет слишком многое, не считаясь с мнением остальных. Кажется, именно так поступала предыдущий магистр? И чем закончилось ее правление, не напомнишь?
— Дориан, — успокаивающе протянула Вивьен, возвращаясь к разливанию чая. — Времена вражды прошли, все ошибки должны быть забыты. И Ковен наконец-то почти полон. До тринадцати членов сейчас не хватает только двух человек. По этому поводу я тебя и пригласила.
— Выходит, наша мудрая Вильгельмина нашла еще кого-то? — безо всякого интереса спросил Дориан, машинально беря в руки протянутую ему чашку. — И кто он?
— Магистр хотела, чтобы его уговорил именно ты. А меня попросила уговорить тебя, зная, что мы соседи, и что ее письмо ты явно проигнорируешь, — попыталась улыбнуться Вивьен, надеясь хоть немного разрядить обстановку. Но, видя, что это не удалось, продолжила: — В общем… Его имя Артур. Артур Эмброуз.
— Знакомая фамилия, — ответил Дориан. — И почему же мы ничего не слышали об этом человеке раньше? [Родовые древа персонажей см. в конце книги.]
Глава 2. Призраки по соседству
Когда небо потемнело и начался снег, больше похожий на противный ледяной дождь, от которого пальто мгновенно намокло, Деметра сильно пожалела, что не взяла с собой зонтика. А еще о том, что не могла позвонить и вызвать себе экипаж, чтобы добраться до дома с удобством.
Стоило только представить те рыхлые, грязные две мили, которые ей пришлось бы пройти до Лост-хауса в непогоду, как ноги Деми сами понесли ее в сторону паба — единственного места в округе, где можно было какое-то время отсидеться. Она не до такой степени любила «свежий» воздух и не планировала рисковать своим здоровьем.
Паб «Под горой» был таким же старым, как и вся деревня. Он состоял из трех маленьких комнат под низкими потолками с деревянными балками и действительно напоминал не то склеп, не то выдолбленную в скальной породе пещеру. Но пещеру вполне теплую и уютную, освещенную множеством свечей и жарким огнем каминов.
Как обычно, посетителей было много — жители деревни посещали паб под любыми предлогами, и свободными оставались всего несколько столиков. Голоса смешивались с музыкой, доносившейся из музыкального автомата с пластинками, а в воздухе витали запахи жареного мяса и хмельных напитков.
Подойдя к барной стойке, Деметра спросила хозяина заведения — небритого рослого мужчину — о возможности найти в такой час извозчика. Поглядев на нее с сомнением, хозяин ответил, что попытается что-нибудь придумать.
Понимая безвыходность своего положения, Деми забралась на один из высоких стульев и положила посылку с журналом на стойку рядом с собой. Не прошло и пары минут, как мужчина вернулся.
— Я вызвал своего брата из лавки Бейли — у него есть рабочая телега, и он умеет призывать теневого коня. Смирную теневую лошадку, если быть точнее… — сбивчиво сообщил он с хмурым видом. — Брат обещал поторопиться, но, зная его, могу сказать точно — ждать, как всегда, придется не меньше часа.
Было неловко напрягать малознакомых людей, словно избалованная аристократка, какой ее, несомненно, считали, поэтому Деметра от всей души поблагодарила хозяина паба и заверила в том, что обязательно оплатит дорогу. А затем, не столько от голода, сколько от чувства вины, заказала себе полпинты яблочного сидра со специями и кусок пастушьего пирога. Мужчина, видя ее душевные терзания, радушно заулыбался.
— Садитесь пока поближе к камину, госпожа, — заботливо предложил он, а затем указал на освободившийся стол у стены.
Деми пошевелила пальцами ног в промокших носках и ботинках, подумав, что вряд ли это хоть как-то спасет ситуацию, однако послушно пересела.
Близость к жаркому пламени быстро помогла согреться, и Деметра даже сняла пальто, повесив его на спинку стула. Скоро принесли горячий сидр и еду на глиняной тарелке.
Она ковырнула вилкой пирог, больше похожий на запеканку из картофельного пюре, овощей и говяжьего фарша, обжаренного в томатном соусе, но не успела попробовать, как вдруг случайно услышала чужой разговор, доносившийся с соседнего столика, у нее за спиной.
— Что же насчет тех призраков? Уже и кружки пусты, а ты не торопишься с рассказом, — недовольно проговорил чей-то голос. Деми обернулась, увидев за столиком компанию деревенских мужчин вместе с мистером Эбботом — их запозднившимся почтальоном.
— Да погоди ты со своими призраками! Не видишь, кто это? — громко зашептали ему в ответ. — Это же леди… из Лост-хауса. А кому принадлежит Лост-хаус, знаешь?
Деметра уставилась в тарелку, стараясь не выдать себя, но при этом напрягая слух. Живя здесь, она уже должна была привыкнуть к постоянному вниманию со стороны обитателей деревни. Поэтому и вернула себе фальшивую фамилию — чтобы никто не признал в ней «сильнейшую волшебницу», способную воскрешать мертвых. Разумеется, этой маскировки было недостаточно. Слухи ползли все равно.
Она не услышала ответ на вопрос мужчины, но хорошо различила прозвучавшие за ним слова мистера Эббота:
— Этот особняк принадлежит лорду Дориану Далгарту, графу Гвиллиона на Нью-Авалоне. Бывшему охотнику и главе Штаба. Закоренелому убийце, не знающему пощады. А с ним в особняке живет…
Догадываясь, что последует за этим, и чувствуя, как к щекам приливает кровь, Деми обернулась.
— С ним живет самая обычная девушка-простолюдинка, мистер Эббот, — сказала она, надеясь, что он поймет намек. — Меня зовут Деми Флоренс.
Все взгляды обратились на нее. Было ясно, что никто ей не поверил. Почтальон, не снявший своей серовато-синей формы даже после работы, виновато улыбнулся, как мог улыбаться провинившийся слуга, внезапно застигнутый господином. Еще один мужчина из компании принялся собирать со стола пустые кружки, чтобы сходить за добавкой.
— Вы уж простите неразумного старика, миледи, — протянул мистер Эббот, почесывая седую щетину на подбородке. — Так уж здесь заведено издавна — делиться всяческими историями.
— И я очень люблю слушать такие истории, — соврала Деми, стараясь увести разговор подальше от опасной темы.
— Тогда вы пришли в правильное место, госпожа, — сказал кто-то из деревенских. — Взять хотя бы название деревни — Эслип-Кинг, да и этого паба — «Под горой». Старая история о короле, могущественном герое, который спит в затерянной пещере, чтобы в один день услышать особый звон колокола и вернуться. В нее верят с того самого дня, как наши острова были отделены от земного мира.
— Я знаю, — ответила Деми, вспоминая о прочитанной утром книге. — Эта байка тянется еще со времен короля Артура и рыцарских романов.
— А, так, может быть, вы хотели бы послушать одну из новых местных баек, миледи? — спросил ее почтальон. — Историю о призраках?
Мужчина с кружками вернулся и поставил их в центр стола — каждый из компании взял себе по новой пинте. Деметра тоже протянула руку за своим сидром, пока он не остыл.
— Я расскажу вам ее, — повысил голос мистер Эббот, явно рассчитывая произвести эффект не столько на нее, сколько на окружающих. — В нескольких милях отсюда, на опушке темного леса стоит особняк. Его последняя владелица, баронесса, уже почти три года как умерла. Слуги все разбежались, а мебель растащили мародеры. Особняк как особняк: три этажа, вход с колоннами, окна пусты и темны… Мало ли таких на наших островах? Но вот что странно, скажу я вам… Всякий раз, как проезжаешь мимо, на подъездной аллее можно увидеть фонарь. Один из нескольких, но всегда горящий, хоть утром, хоть ночью, хоть в дождь, хоть в снег. И стоит единственный раз бросить на него взгляд, как уже начинаешь всматриваться дальше, в пыльные окна. Не приведи Абатис, миледи, разглядеть в них свет. Это будет вовсе не отражение фонаря, а свет, идущий из дальних комнат, из глубины заброшенного дома. А коль не успеете отвести взгляд, то заметите в окне призрачный силуэт мертвой баронессы. Но тогда для вас уже будет поздно.
Кто-то громко присвистнул, кто-то покачал головой. Почтальон сделал несколько больших глотков из своей кружки.
— Какой же это особняк? — нарушила тишину Деметра. Истории о призраках уже давно не производили на нее эффекта, особенно если были рассказаны кем-то склонным к домыслам и алкоголю.