Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Виталий Останин

Функция. Часть 3

17 часов 12 минут до Вторжения

Слева, споткнувшись о выступающий из земли камень, едва слышно матерится Воин. Я не помню имени этого человека, как и второго, чей почти беззвучный британский «fuck» слышу справа. Про себя я зову их Бобби и Добби. Наверное, потому что они всегда держатся вместе, а еще потому, что они редкостные тупицы. Так-то они англичане. И мы с ними идем в бой в первый раз.

Остальные новусы нашей боевой группы мне тоже незнакомы. То есть перед операцией мне их, конечно, представили и назвали имена, но я сразу же выкинул их из головы. Запомнил только функции. Мне с ними не детей крестить, так что достаточно.

Большая часть из двенадцати новусов — Воины. Но есть два гибрида. Азиат, который держится в глубине построения, — Электро. Такой же, как Слава, только послабее и глаза синим не горят. Второй, кажется, француз, сносно, но смешно говорящий на английском, — металлокинетик вроде Андрюхи-Магнето. Сработанная пара, мы с пшеками в свое время завели на подобную связку моду. Ну и я, тринадцатый. Не гибрид, а уникум. Ликвидатор.

Пшеки… Школота моя, мажоры… Так и не получилось из нас клана. Не ваша это вина, просто… ну какой из меня Лидер? Раскидала жизнь… А раньше вместе на такие рейды ходили. Яха матерился, когда синеглазка отрубала импульсом все, что несло в себе хоть кроху электричества, Андрюха пыхтел обиженно — кому понравится, когда на его девушку ругаются. Мишка, мой верный зам по мозгам, вел нас сквозь темноту…

Ладно! Чего уже теперь-то. Последний Шпиль остался, а там уже: либо мы выиграли, либо проиграли. Если первое — встретимся еще и опрокинем по пиву с пшеками, а если второе… Никакой разницы, если второе…

Электро выдает импульс ЭМИ на полторы секунды и обессиленно валится на землю. Оператор, ведущий нас, спускает дроны, которые предусмотрительно поднял за пределы зоны поражения. И объявляет начало операции.

На всей территории базы, окружающей Шпиль, гаснет свет. Дохнут девайсы, выходит из строя связь. Мы-то к этому готовы, ничего электронно-электрического с собой на дело не берем. А вот функциям и их наемникам приходится туго.

Привыкли, сволочи, на технику рассчитывать! Окружили базу всякими современными средствами защиты: активными и пассивными. И чё? Сильно помогло? Вот то-то же! Теперь, ребятки, как в старину. Сила на силу.

Я в последний раз оглядываюсь на группу. Раньше, когда ходил с пшеками, всегда так делал. Теперь вроде и смысла нет, а привычка осталась. Это ведь уже не мои мажоры, так, новусы на одну ночь, в смысле, на одну операцию. Сделаем дело и разбежимся. Они в свои кланы, я… на базу. В условиях тайной войны с инопланетянами единственный человек, который может их обнаруживать, слишком ценен, чтобы принадлежать какому-то одному клану.

Мы бежим по утоптанной земле, стелимся волчьим шагом. Замираем и снова несемся короткими перебежками. Слушаем тишину, вынюхиваем опасность, сканируем пространство всем, что нам дала природа и непрошенная мутация. Новые люди нового мира, блин.

А вокруг красота! Ночь, горы, Китай. Я в Поднебесной впервые. И больше всего меня поражает вот что. Горы тут действительно выглядят так, словно их китайцы тушью нарисовали. Так и ждешь, что где-то на фоне темно-серого неба проявится колонка иероглифов. Подпись автора картины или мудрое изречение, на которые так горазды местные жители.

Портит ночной пейзаж лишь Шпиль. Торчит на вершине хребта кривым пальцем мертвеца. Будто манит кого-то из темного неба. Сюда-сюда! Летите сюда, здесь много вкусного! Матовый металл конструкции не блестит, наоборот, впитывает свет. Впитывал, точнее. Теперь-то света нет, Электропрожекторы погасил. А ночь безлунная.

«Хорош, Лях! Потом налюбуешься. Если это “потом” будет».

Бегом вверх по склону. Притиснуться в дыру, которую уже проделали Воины в ограждении. В очередной раз активировать сканер. Ага, вот и наши негостеприимные хозяева!

— Триста метров на два часа. Восемь отметок.

Группа перестраивается в полумесяц. Я оказываюсь в глубине построения. Передо мной Электро и Магнето. Гибриды — основная ударная сила отряда, но функции всегда пытаются пробиться ко мне. А мы это используем.

Структура, что нас встречает, неполная. Восемь функций: семь Воинов и один Аналитик. Где-то ее уже потрепали, а восстановить утраченные «узлы» она не успела. Это хорошо. На семь Воинов лучше бы двоих Аналитиков и хотя бы одного Наставника. В противном случае Структура подтормаживает в бою. Не критично, человеческим взглядом и не заметить. А вот для новусов лишняя доля секунды может стать границей между жизнью и смертью.

Двигаются китайцы грамотно. Знают, что среди их противников есть Ликвидатор. Еще бы не знали! Мы их сколько уже режем! Идут цепью, держась на удалении друг от друга. Чтобы Криком не накрыло весь отряд.

А я и не собираюсь.

— Электро, жги!

Синеглазка Слава ответила бы тремя дуговыми разрядами. И на трех функций на земле стало бы меньше. А отведенный мне электрокинетик выдает только один, зато точный. Разряд превращает в головешку Аналитика, который держится в тылу.

Следующие два, каждый новый слабее предыдущего, бьют в ближайших китайцев-Воинов. У функций они покрепче, чем у нас, удар выдерживают, несмотря на обугленную плоть. И даже успевают рвануть вперед на ускорении, но просевший пинг делает свое черное дело.

Беда с ними, с пришельцами. Полноценная Структура втрое сильнее чем то же число новусов. Потрепанная, как эта, — вдвое. Но все имеет уязвимость. Функции-Аналитики обеспечивают недостижимую для людей скорость прохождения сигналов между «узлами». Позволяя разрозненным «узлам» действовать как единое целое. Не особенно приспособленные к бою Аналитики являются чем-то вроде сервера или точки wi-fi. А мы только что уничтожили последнюю.

Без Аналитиков функции не гибнут и не тупеют. Просто ловят потерю пакетов на тот микроскопический миг, который позволяет нам нанести первый удар. А кто первый атаковал, тот и победил. Почти всегда так.

Магнето не подводит. Полноценно использует неуловимое преимущество. В глазах еще пляшут засветы от последнего электрического удара, а он уже бросает веером десяток кусков стальной проволоки. В полете они извиваются, будто живые змеи… А мне на миг становится не по себе, будто рядом со мной Андрюха-Кащей, который первым придумал использовать этот прием.

Воины функций реагируют оперативно, но не всем удается увернуться. Четыре стальные удавки находят своих жертв. Впиваются в шеи и мигом позже падают на землю. Вместе с отрезанными головами. И безжизненными телами Воинов.

Гибриды разбегаются в стороны, а я бью Криком по оставшимся на ногах. Цепляю только одного, еще двое словно видят границы действия способности и успевают отскочить. Но это уже неважно. Их берут в ножи Воины. Три секунды — и поле боя за нами.

Первая линия обороны взломана.

— Чисто, — по привычке говорю я.

Никому это особенно не нужно: боевая группа прекрасно знает, что делать дальше. Один из Воинов запускает в темное небо ракету. Таиться уже нет никакого смысла. Пришельцев мы вывели из игры, а с людьми, которых тут еще немало, пусть люди и воюют. У нас же другая задача. Шпиль. Торчащий на вершине хребта маяк чужих. Который нужно уничтожить.

Сигнал засекают, и вскоре мы слышим шум винтов. Спецназеры прут. Есть, знаете ли, преимущество в работе в плотном контакте с государством. Точнее, с государствами. Все эти дорогущие игрушки типа спутников и вертолетов — полезная штука. В первые месяцы нам этого очень не хватало.

— Функций больше нет? — уточняет Воин. Пшеки никогда так не делали. Знали, что я скажу, если не так.

— Не чувствую. Но идем осторожно, в боевом порядке.

Новусы тут же собираются в построение, напоминающее рыцарский клин. Внешние стенки из Воинов, они лучше держат урон. Внутри гибриды и я. В отличие от функций, наши Аналитики и Наставники не нужны в бою. Нет у нас необходмости в подобной синхронизации. Люди — индивидуалисты.

Пару раз в нас стреляют. Даже ранят кого-то из Воинов, кажется, Бобби, но ответной реакции, кроме злого мата, не дожидаются. Мы быстро проходим опасный сектор, оставив за спиной перестрелку: спецназ высадился и переключил внимание на себя. Бежим и молимся, чтобы у подступов к Шпилю не оказалось такой же подлянки, как в Санта-Исидоро, где функциям удалось обмануть мои способности. В смысле, я молюсь. Эти-то не в курсе, в Португалии со мной были пшеки.

И, естественно, подлянка нас ждет.

Мы потом этот феномен изучили. Функции, да и новусы тоже умеют снижать мозговую активность. Превращаются в живые трупы, которых не обнаружить ни моей способностью, ни прочими техническими средствами. За это им, правда, приходится расплачиваться потерей подвижности, резко атаковать из «невидимости» они не могут, тормозят, как древние компы. Но фактор внезапности, что ни говори, дает преимущество.

Теперь против нас полноценная Структура. Невидимая на сканере до последнего момента. Пятнадцать функций, возглавляемых Лидером. Сила, которую без нашего вмешательства можно сломить только прямым попаданием ракеты. Да и то без гарантии. Задница, если по-русски.