Трудно представить себе молодого Дейва. Он настолько уверен в себе, будто сразу родился тридцатилетним, подумала Мерри.

— Я познакомился с Синтией на каникулах во Флориде. Она была ослепительно красива, и, несомненно, я тоже был симпатичен ей. Влюбился по уши. Даже привез ее в наш дом, чтобы представить матери. — Мерри показалось, что отблеск прежних страданий промелькнул в его глазах. — Моя мама — настоящая леди с Юга, отличалась утонченной вежливостью. А Синтия, по-видимому, чересчур успокоилась, потеряла бдительность и была слишком словоохотлива с одной из служанок. Матери все стало известно.

— Что же именно? — Мерри хотелось бы избавить Дейва от написанной на его лице боли.

— Что Синтия на пять лет старше, чем сказала мне. Что она уже дважды побывала замужем. Что она приехала во Флориду с целью подцепить богатого жениха, а кто-то указал ей на меня. Что… А, да какой смысл продолжать? Ты уже получила представление об этой леди. Я поставил сам себя в идиотское положение. При объяснении Синтия призналась во всем, разразилась рыданиями и поклялась, что действительно любит меня. Я отправил ее назад — туда, откуда она прибыла, — первым же рейсом.

Дейв надолго замолчал.

— Тогда ты и дал клятву не доверять больше ни одной женщине? — прервала молчание Мерри.

Его смех насторожил ее.

— Не совсем так. Это себе я не доверял. Но длилось это не очень долго…

— Подозреваю, это означает для меня «нет», ведь так? — Отвечая на вопросительный взгляд Дейва, она пояснила: — насчет мнимого обручения со мной.

— Вовсе нет. Просто мне захотелось, чтобы ты имела представление о моем прошлом до… нашей помолвки. — Не давая Мерри прийти в себя после столь неожиданного заявления, Дейв жестом подозвал официантку.

— Что желаете еще? Пирожок с творогом или с морковью?

— Мне ничего, — сказала Мерри.

— Мы разделим на двоих пирожок с творогом, — сказал Дейв официантке, затем повернулся к Мерри и поднял бокал. — Предлагаю тост за наше будущее!

В голове стоял туман, перед глазами все кружилось. Мерри чокнулась с Дейвом и пригубила вино.

— Ты действительно хочешь, чтобы мы обручились?

— А разве ты не к этому стремилась?

— Да, но все выглядит так странно.

Однако сквозь мрак наконец-то сверкнул тонкий луч света. Он согласен! Стеффи спасена!

— Спасибо, Дейв. Не нахожу слов, чтобы выразить тебе свою признательность.

Пирожок с творогом прибыл, разложенный на две тарелки.

— Что нам теперь предпринять? — Мозг Мерри заработал в лихорадочном темпе. Ей придется надевать кольцо, когда поблизости будет сестра. Хотя, нет, ведь мнимая помолвка якобы держится в секрете. Тогда…

— Надеюсь, моя невеста не откажется пойти со мной на встречу Нового года? — деловым тоном проговорил Дейв. — Праздник устраивает Кип у себя дома. Понятно, мы не можем поделиться со всеми нашей замечательной новостью, но на праздничном вечере нам представится возможность привыкнуть к новым ролям…

На взгляд Мерри, это была разумная идея.

— Бабушка Нетта обычно собирает в этот вечер несколько старых друзей на партию в бридж. Она не против того, чтобы одновременно приглядеть за Стеффи.

— Чудесно. — Дейв взял счет. — Возможно, у меня состоится завтра деловой ужин, поэтому я заеду за тобой около девяти. Начало вечера в восемь, но можно приехать и позже. Надень что-нибудь сногсшибательное.

Мерри еще не нашлась, что ответить, а он коснулся ее щеки легким поцелуем и поспешил к выходу из ресторанчика. Его высокая фигура проскользнула сквозь ряды ожидавших, когда освободятся столики.

Итак, он поможет осуществлению замысла! Мерри подобрала остатки своей половины пирожка. Ее сумасшедший план вроде действительно срабатывает. И никаких осложнений.

Смущало только одно — предстоящее появление вдвоем на новогоднем вечере — это просто эмоциональный порыв или Дейв рассчитывает получить от их обручения больше, чем намеревалась Мерри?

Она поднялась, собравшись уходить. В голову пришла старинная поговорка: из огня да в полымя.

Что ж, назад пути уже нет.

7

«Что-нибудь сногсшибательное». Но в ее гардеробе ничто не подходит под это описание. К такому выводу вынуждена была прийти Мерри, изучив в тот же вечер содержание своего платяного шкафа. Что завидовать шелковым платьям Лайзы от лучших модельеров? Надо отправляться за покупками.

Итак, в четверг в обеденный перерыв Мерри поехала в район Грин-Хиллз и начала тщательно прочесывать магазины. Обычно она предпочитала одежду спортивного стиля, но ей не хотелось подводить Дейва. Кроме того, как заявила бабушка Нетта при обсуждении итогов новой встречи молодых людей, Мерри следует тщательно продумать и макияж.

Такая необходимость делает ее похожей на нераспроданные рождественские елки, размышляла Мерри, оглядывая пышно разукрашенную, сверкающую лесную красавицу в одном из универмагов.

Долгое время она ограничивалась одеждой, необходимой для врачебной практики ветеринара, и забыла, как приятно мерить прекрасные платья и костюмы, как чувственно они ласкают кожу, как радуют глаз их яркие, оригинальные цветовые сочетания. Изучая себя в зеркале салона, Мерри пыталась представить, что скажет Дейв, когда заедет вечером за ней.

Платье, что она примеряла, имело глубокий вырез. Изумрудно-зеленый цвет подчеркивал зеленоватый отблеск в глазах Мерри. Одежда облегала фигуру так, что не оставляла почти никакой пищи для воображения.

Нет, нет, нет. Подавляя волну сожалений, она принялась расстегивать молнию. Подобные платья надевают только в том случае, когда хотят придать отношениям с партнером особое значение.

Обойдя еще три магазина, она нашла наконец то, что искала. Цвет тот же — изумрудная зелень; она уже не могла согласиться на другой, увидев себя в зеркале салона. Однако это платье отличалось от первого более скромной линией выреза и старомодными буфами на рукавах. Не последний крик моды, зато есть что-то своеобразное, решила Мерри. Вручая продавцу свою кредитную карточку, она старалась показать, что цена ее не пугает, хотя это было далеко не так.

Стеффи восхитилась новым платьем тети. И ребенок, и старая женщина, несомненно, ждали вечера, когда окажутся в компании друг друга. Одна из играющих в бридж знакомых Нетты обещала привезти свою маленькую внучку, и теперь Стеффи не могла дождаться приезда новой подружки.

У Мерри выкроилось полчаса на себя в опустевшем доме — закончить одевание, сделать легкий макияж. Она поймала себя на том, что настолько привыкла к детскому крику и шуму, что тишина дома пугает ее.

Каким же мучением обернется для нее потеря девочки навсегда!

Круг мыслей неизбежно замкнулся на Дейве. Вспоминая вчерашний разговор вечером в ресторане, Мерри все больше терялась в догадках. Он подходит ко всему настолько по-деловому, что можно подумать, будто организация фальшивых помолвок — его повседневное занятие. Ну и ну!

Дверной звонок раздался раньше, чем Мерри ожидала, хотя часы показывали уже девять. Она намеревалась спуститься вниз спокойно и величественно, но вместо этого суетливо понеслась вниз, когда звонок звякнул во второй раз.

— Привет! — распахнула она дверь, впустив порыв холодного ветра. Мерри отодвинулась, пропуская Дейва в прихожую. От его твидового пальто пахло морозной свежестью. — Холодно?

— Подмораживает. — Он отступил на шаг, чтобы полюбоваться на Мерри, закрывавшую дверь. — Цвет удивительно тебе идет.

— Спасибо. — Просто смешно, как она смущается, хотя еще неделю назад они с Дейвом вместе преспокойно возились в снегу. Может быть, неловкость вызвана тем, как он смотрит на нее с каким-то ожиданием, и у нее от этого переворачивается сердце. — Зеленый цвет, наверное, немного консервативен?

— Ты все еще не научилась выслушивать комплименты, не так ли? — Дейв наклонился вперед, не дожидаясь протеста, и, ткнувшись холодным носом в чувствительную ямочку ниже шеи, вдохнул аромат духов Мерри. — И запах чудесный.

Она нервно отстранилась, пытаясь с помощью шутки скрыть свое ставшее прерывистым дыхание.

— Я очень редко пользуюсь духами, — призналась она, рассмеялась и почувствовала, как исчезает напряжение. С Дейвом она может быть сама собой, несмотря на его волнующую близость и чрезмерное, по ее мнению, внимание к ней. — Послушай, тебе вовсе не надо изображать безумно влюбленного в меня, когда мы одни, ладно? Прибереги свои чары для Лайзы.

— Но мне же нужна тренировка! — Он помог надеть ей шубку, повернулся, открывая дверь, и Мерри не могла видеть его лица.

Они быстро зашагали по дорожке. Зубы стучали на ветру от холода. Какое удовольствие забраться внутрь серого «мерседеса» и ощутить поток горячего воздуха, обдувающий ноги.

Странно, но Мерри чувствовала себя совершенно спокойно, сидя рядом с Дейвом во время поездки по вечернему городу. Казалось, знакомству их не полторы недели, а целая вечность и позади у них долгое совместное прошлое. Никогда ни с одним мужчиной она не ощущала такой свободы. В салоне стояло молчание, но оно отнюдь не было гнетущим.

Они приехали слишком быстро к приземистому модерновому дому Кипа, полному неожиданных углов, поворотов, с окнами различной конфигурации. Здание ярко выступало из темноты, еще более загадочное, чем в тот раз, когда Мерри подвозила сюда Дейва на Рождество.

— Твой друг, должно быть, строил свой дом по особому проекту?

— Кипу страшно понравился участок, и он нанял архитектора, чтобы максимально использовать рельеф. — Дейв остановил машину на большом развороте рядом с чьим-то «порше». — Он хорошо зарабатывает и умеет получать удовольствие от обладания деньгами.

— А где Кип хранит коллекцию саней?

— На складе. — Дейв крепко сжал руку Мерри. Только она собралась было восстать против этого, как ее каблук заскользил по льду, а сама она дала крутой крен в сторону спутника. — Осторожнее. Мне не улыбается перспектива отправлять тебя домой в машине «скорой помощи».

— Я не привыкла к высоким каблукам…

Мерри старалась не думать о гибком тренированном теле Дейва, о том, что его мускулы чувствуются даже под толстым пальто. Еще опаснее было то, что внезапно ей больше всего захотелось провести вечер вдвоем с ним, а не среди чужих людей.

До главного подъезда оставалось всего несколько шагов, и вот уже хозяин приветствует их в теплом холле, заполненном гостями. Почти совсем не было времени собраться с духом. Искусство знакомиться с людьми, особенно когда их много, никогда не давалось Мерри легко.

На Рождество она не успела рассмотреть Кипа как следует и сейчас ни за что не узнала бы его без наряда гнома. А он оказался хоть и невысоким, но стройным; черный шелковый вечерний костюм сидел на нем безупречно. Бросилось в глаза сразу, с какой искренней радостью он приветствовал Дейва.

— Я в восторге, что вы смогли приехать! Вами уже интересовались. Еды и выпивки полно. Оркестр будет играть до утра. — Кип поглядывал в соседнее помещение, видимо, отыскивая кого-то там. — Мерри, вы не против, если я попрошу Дейва представить вас собравшимся? У меня прервался захватывающий разговор с одной еще более захватывающей блондинкой…

— Конечно. — Она сделала знак, что извинения излишни. — У вас прекрасный дом.

— Спасибо. Мы побеседуем позже. — И он исчез, унося с собой их пальто.

— Кип вечно влюбляется в самых недоступных женщин, — сказал Дейв. — Надеюсь, на этот раз его пассия не такая самовлюбленная эгоистка, как обычно…

Мерри обрадовалась возможности прийти в себя и осмотреться. В мягком рассеянном свете она попробовала разобраться в своих впечатлениях о собравшихся здесь. Перед ней были люди всех возрастов — от двадцатилетних юнцов до тех, кому за шестьдесят. Дамы щеголяли в основном в модельных платьях. За год, проведенный в Нью-Йорке, Мерри научилась узнавать одеяния, сшитые в единственном экземпляре из дорогостоящей ткани рукой мастера. При виде этих элегантных линий она почувствовала себя простушкой и пожалела, что не купила более вызывающий наряд.

Коснувшись ее рукой, Дейв напомнил Мерри о своем присутствии.

— Узнаешь кого-нибудь из знакомых?

— Не шути. Разве что если бы они прихватили сюда своих любимых собак и кошек…

— Ты безнадежна. — Однако в словах Дейва прозвучало не сожаление, а наоборот, восхищение. — Хочешь что-нибудь выпить? Я чувствую запах шампанского.

— Превосходно.

Однако им не удалось сделать и пары шагов, как кто-то окликнул Дейва, и отовсюду к ним стали стекаться люди. Новых знакомых оказалось так много, что запомнить их было просто невозможно. Мерри ограничивалась улыбкой, кивком головы, пропуская имена мимо ушей.

Дейв обернулся, и Мерри, стоявшая с ним под руку, заметила, как он сразу напрягся. Она проследила, куда устремлен его взгляд, — на высокую, пожилую даму, которая приблизилась к двери в кухню. Ее серебристые волосы, зачесанные наверх, и бледно-лиловое платье, затканное золотыми нитями, придавали ей прямо-таки царственный вид.

— Жаль, я не знал, что моя матушка будет здесь, — пробормотал Дейв, чтобы не слышали посторонние. — Я бы подготовил ее к встрече.

Мерри старалась припомнить, что рассказывал Дейв о своей матери и ее расправе над Синтией. Эта леди с Юга, соблюдая, естественно, правила вежливости, быстро раскусила и выдворила из дома претендентку в жены ее сыну. С другой стороны, у нее нет оснований считать Мерри чем-то большим, нежели рядовой знакомой Дейва. Девушка вглядывалась в статную фигуру пожилой женщины и надеялась, что ей не угрожает материнская неприязнь.

— Пойдем поздороваемся. — Дейв подвел Мерри к матери и произнес: — Мама!

Сейра Эндерс повернулась к ним. Шестое чувство подсказало Мерри, что та уже давно заметила их. Но в серых глазах, так напоминающих глаза сына, нельзя было прочесть ничего, кроме вежливого дружелюбия.

— Я хотел бы представить тебе друга, который мне очень дорог, — Мередит Макгрегор. — Одной рукой Дейв придержал Мерри за талию.

Ничто не могло ускользнуть от внимания матери: ни рука Дейва на талии его спутницы, ни титул очень дорогого друга.

— Весьма рада познакомиться с вами. — Сейра Эндерс задумалась на миг. — Если я не ошибаюсь, ваша мать до замужества носила имя Джорджия Хикстон, не так ли?

Мерри преодолела инстинктивное желание съежиться, как это делает школьница под взглядом строгого учителя.

— Да… — Пришлось прикусить язык, чтобы не выскочило ученическое «Да, мэм». — По-моему, вы вместе ходили в школу.

— Я потрясен, — заметил Дейв. — Вы общаетесь так, будто заранее изучали биографии друг друга.

Он заслуживал хорошего пинка, но Мерри воздержалась от экзекуции, а его мать игнорировала последнее замечание сына.

— А что поделывает Джорджия теперь?

— Она вышла замуж за француза и живет на Ривьере. — Это прозвучало солидно. Нет никакой необходимости пояснять, что Джорджия ныне превратилась в Жижи и скостила себе десять лет возраста.

— Знаете, она училась в соседнем с моим классе. Я хорошо ее помню. Прелестная была девочка. Вы взяли многое от нее, дорогая.

— Меньше, чем моя сестра, — непонятно зачем ответила Мерри и добавила: — Спасибо вам.

— Мерри с трудом воспринимает комплименты, если они не сопровождаются собачьим лаем, — пояснил Дейв. Отвечая на недоуменный взгляд матери, он отметил: — Мерри — ветеринарный врач.

— Ну да, конечно. — На губах Сейры Эндерс появилась неопределенная улыбка. — Приятно было познакомиться. Дейв, мы ожидаем тебя завтра к ланчу. Не забудь.

— Да, мама. — Он подождал, пока мать отошла, и объяснил: — Она традиционно собирает друзей на ланч в первый новогодний день…

— Она… настоящая леди.

Что еще тут скажешь! Перед лицом Сейры Эндерс Мерри почувствовала себя ничтожеством. Так бывает, когда попадаешь в чужую компанию и все поднимают тебя на смех. В то же время мать Дейва держала себя абсолютно вежливо и тактично. Легко понять теперь Синтию и ее муки. Поступки искательницы приключений, понятно, непростительны, но, наперекор всему, Мерри ей даже симпатизировала.

Кольцо гостей сомкнулось вокруг них, и Мерри почти весь остаток вечера слушала болтовню о людях и событиях, которые ничего не значили для нее.

Дейв предпринимал отважные усилия перевести разговор на более общие темы, что было равносильно попыткам человека плыть против течения. Он вытащил Мерри в холл, где можно было поговорить спокойно.

— Если бы на улице мороз не пронизывал до костей, я бы предложил выйти во внутренний дворик и полюбоваться звездами, — буркнул он. — Больше бежать некуда. Если мы, конечно, не предпочтем встречать Новый год у меня дома…

Провести эту ночь один на один с Дейвом у него — на это Мерри рассчитывала меньше всего. Искушение слишком велико. Но принужденно улыбаться, делать вид, будто ты заинтересована вещами, до которых тебе дела нет, — невыносимо. А Мерри суеверна и считает, что весь год зависит от того, хорошо ли ты его встретишь.

— Пожалуй, действительно лучше уйти, — созналась она. — Вечер, правда, неплохой…

— На Юге употребляют это выражение, описывая что-то, что должно импонировать, но все-таки не нравится, — заметил Дейв и направился к Кипу, чтобы попрощаться.

Выразив неубедительные извинения в том духе, что им надо поднять новогодний тост с племянницей и бабушкой, Мерри и Дейв через пару минут уже сидели в машине. Снаружи трещал мороз.

— Забавно, — сказала она, дрожа от холода, поскольку салон автомобиля еще грелся, — что на Новый год всегда вспоминаю, где встречала год минувший.

— И с кем ты встречала прошлый Новый год?

— С Биллом и Сью Браунами.

— А был кто-нибудь особо значимый для тебя?

Она отрицательно покачала головой.

— А как ты встречал Новый год?

Дейв притормозил на повороте дороги.

— Обычно я встречаю Новый год у Кипа. Однако в прошлом году мы отметили его вместе с мамой и ее друзьями. Она пригласила нескольких знакомых ей молодых женщин, которые, на ее взгляд, вполне подходят мне в качестве жены. С одной из них впоследствии я даже встретился разок, но ничего из этого не вышло.

— Как бы я хотела, чтобы ты был иным. — Слова сами сорвались с языка, и Мерри тут же пожалела о них, но было поздно. — Я хотела сказать: если бы ты не принадлежал к такому влиятельному семейству.

— И не имел такой пугающей тебя матери? — с симпатией глянул на нее Дейв. — Не позволяй ей смотреть на тебя свысока.

— Дело не в этом… Мерри не досказала мысль до конца.

Она не знала, как объяснить, что почти всю свою сознательную жизнь ей пришлось бороться с незаметным, а иногда и очень даже явным давлением со стороны матери и сестры, что те пытались втянуть ее в чуждый ей мир, мир высшего света. В силу своего происхождения Дейв принадлежал к тому же миру. Ей симпатичны некоторые люди из этой сферы общества. Допустим, она даже сумела бы полюбить его мать. Но Мерри никогда не смогла бы жить так, как живут эти люди. Впрочем, ей это и не грозит…

Дейв свернул с магистрали в тихую улицу вилл и особняков. Дома отступили в глубь квартала. Засеребрились под луной просторные лужайки. На малой скорости машина шла по подъездной аллее между рядами обнаженных черных деревьев. Внушительные колонны огромного дома навели Мерри на мысль о Таре из «Унесенных ветром». Она призналась:

— Не совсем то, чего я ожидала.