Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

И, насколько она помнила, первый раз серьезно поссорились перед сном.

Рафаэль предъявил ультиматум, о котором страшно подумать. Что, если она пожертвует карьерой ради семьи, а у нее снова случится выкидыш? Нечеловеческие усилия, предпринятые, чтобы достичь вершины в бизнесе, обесценятся под новым ударом судьбы. Однако и Рафаэль не смирится, пока не добьется своего, — любой ценой заставит ее рожать, как они договорились.

Если бы все было так просто!

— Хорошо спала? — Голос мужа заставил Лейлу поднять взгляд.

Рафаэль удобно развалился в кресле у окна, напоминая разомлевшего на солнце кота. Обнаженные плечи и плоский живот отливали бронзовым загаром, матово поблескивали темные завитки волос на мускулистой груди. В глазах не было ни следа клокотавшей вечером злости. Иллюзорное спокойствие не обмануло Лейлу. Он ничего не забыл.

— Немного отдохнула, — ответила она. — Когда ты лег?

Рафаэль повел плечами:

— Около четырех.

Всего несколько часов сна, а он выглядит свежим, собранным, сосредоточенным. Чего не скажешь о ней. Глаза щипало, желудок сводили нервные спазмы. Страдания прошедшего года и тяжесть вины как будто удвоились за ночь. Она должна рассказать ему о неудачной беременности — и предупредить, какими опасностями чревата новая попытка.

Лейла облизнула губы, подбирая нужные слова:

— Рафаэль…

— По графику через час у тебя назначена съемка, — перебил он, хмуря брови и заглядывая в свой мобильник.

Рафаэль был все еще зол на нее за вчерашнее. Лейла и подумать не могла, чтобы выпалить душившую ее тайну, а потом как ни в чем не бывало заняться подготовкой к фотосессии. Разговор требовал больше времени и другой атмосферы.

— Можно занять ванную? — пробормотала она, стараясь не выдать отчаяние.

— Конечно.

Она скрылась за дверью. Стоя перед зеркалом, Лейла пригляделась к едва заметным морщинкам на лице, закрыла глаза и сосредоточилась, выкинув из головы все, что не имело отношения к работе. Если она в чем-то и достигла совершенства, то это в искусстве маскировки. Макияж выглядел совершенно естественно, стирая возраст и следы тревоги с прекрасного лица. Жаль, что никаким гримом нельзя было стереть уродливые следы анорексии, нанесшей такой ущерб ее организму…

Лейла привела в порядок волосы, облачилась в длинное платье с глубоким декольте и вышла из ванной. Рафаэль уже успел надеть белую крахмальную сорочку и туфли.

«Он мог быть моделью», — вдруг подумала Лейла.

Эта мысль уже приходила ей в голову, когда она смотрела на мужа. Рафаэль был божественно сложен, невозмутим и, в отличие от нее, совершенно уверен в себе. Лейла ненавидела свою нерешительность, которая на заре карьеры сделала ее послушной марионеткой в руках матери.

Если бы снова забеременеть! Лейла не могла забыть восторг, который испытала, узнав, что ждет ребенка. К несчастью, все кончилось очень быстро. Она уставилась в смартфон, чтобы скрыть набежавшие слезы:

— Я закончу до полудня.

— Отлично. Потом вместе пообедаем.

— Конечно. Позвоню, когда освобожусь. — Лейла сунула ноги в босоножки и рванулась к двери, надеясь, что это не похоже на паническое бегство от угрызений совести.

— Я иду с тобой.

Лейла резко обернулась, глядя мужу в лицо:

— Зачем? Ты умрешь от скуки. Съемка может длиться вечность.

Быстрая улыбка в ответ заставила сердце подскочить в груди.

— Дорогая, мне никогда не наскучит смотреть на тебя.

Ее бросило в жар от нежных слов, но Лейла быстро опомнилась, понимая, что для Рафаэля главное — убедить ее отказаться от карьеры. Она должна проявить стойкость. Однако, когда взгляд темных глаз скользнул по лицу, ее охватила истома, по коже пробежали мурашки. Вожделение парализовало волю.

Рафаэль обладал способностью хищника безошибочно находить уязвимые места жертвы. Даже зная об этом, Лейла не могла сопротивляться влечению, подобно мотыльку летела на огонь, в котором, возможно, суждено было сгореть им обоим.

Он шагнул к ней с вызовом, как будто ожидая отпора:

— Надеюсь, у тебя нет возражений?

У Лейлы их скопилось множество, но она не осмелилась высказать ни одного. Она отчаянно хотела его прямо сейчас, этой ночью, всегда. Но как можно мечтать о подобном применительно к человеку, от которого скрываешь правду и которому сознательно причиняешь боль?

— Конечно нет. Первая фотосессия пройдет в старом замке. — Лейла поспешила войти в роль супермодели, потому что маска дивы делала ее уверенной и неуязвимой. — Лимузин должен ждать внизу, чтобы отвезти меня… нас туда.

— Звучит интригующе, — заметил Рафаэль.

Напряжение ощутимо пульсировало между ними, пока они ехали в лифте и шли через холл мимо консьержа. Рука Рафаэля тяжелым грузом лежала на ее спине. Хранение тайн от любимого человека представлялось Лейле опасной игрой, в которую она никому не пожелала бы играть.

Сразу после съемки, когда они останутся одни, она во что бы то ни стало признается Рафаэлю во всем, расскажет ему о проблемах со здоровьем и будет надеяться, что он поймет, почему она поступила так, как поступила.

А если нет? Сердце сжалось от страха.

На съемочной площадке продюсер встретила ее вымученной улыбкой. Лейла догадалась, что терпение Шиобан испытывал крутившийся рядом толстый коротышка, представитель компании «Колтьер Фрагранс». Она прекрасно знала, сколько неприятностей может доставить заказчик. Не успела она подумать об этом, как услышала резкий оклик:

— А это еще кто?

— Мой муж, — ответила Лейла, которая знала, что единственный способ унять такого человека — это заставить его обосновать свои требования. — Надеюсь, это не проблема?

— Посторонние отвлекают, — сообщил коротышка.

В другой ситуации Лейла бы с ним согласилась. Мужья обращали на себя внимание, особенно такие высокомерные, как ее. Но Рафаэль не первый раз присутствовал на съемках, раньше ей это не мешало. Не помешает ли сейчас?

Лейла встряхнулась. Она должна взять ситуацию в свои руки, ведь она — профессионал. Предположение коротышки, что кто-то способен помешать ей сосредоточиться, просто оскорбительно.

— Я достаточно давно в бизнесе и знаю, как делать свою работу, — заявила Лейла.

— Не сомневаюсь. Давайте начинать, — сказала Шиобан, положив конец дискуссии.


Не желая спотыкнуться о наглого клиента, Рафаэль мерил шагами свободную от съемочной группы сторону огромного холла. Но он ушел подальше только после того, как убедился, что Лейла поставила коротышку на место. Он знал, что за обманчивой мягкостью и утонченностью Лейлы скрывается железная воля, видел, как она вникает в каждую деталь и не стесняется высказать свое мнение, если нужно.

Ничего удивительного в том, что Лейла не хотела бросать работу, хотя для Рафаэля было очевидно, что она не сможет совмещать карьеру и материнство. Неужели ей недостаточно удовлетворения от роли его жены и матери его детей?

Рафаэль тихо выругался. Он нервничал, потому что старинное здание с торжественным фасадом и обширным садом напомнило ему особняк Вулфов.

Родовое гнездо давно пришло в упадок, но эта вилла содержалась в прекрасном состоянии. Вычурная парадная лестница красного дерева была отполирована до блеска, роскошная антикварная мебель кричала о богатстве. Тем не менее дворцовое великолепие нагоняло на Рафаэля тоску, как в те времена, когда через прутья ограды он разглядывал огромный особняк отца. Он мечтал играть с братьями в саду, стать частью большой семьи, но Уильям Вулф запретил ему приближаться к своим владениям.

Клеймо отверженного продолжало жечь душу даже после того, как старшие братья признали его — задолго до смерти старшего Вулфа. Он понимал, что та близость с братьями и сестрой, которая возникает только в детстве, ему уже недоступна. Джейкоб и Натаниэль любезно признали его частью семьи, но он все равно оставался для них аутсайдером.

К сожалению, похожие чувства он испытывал к Лейле. Стоя в дальнем углу зала, он не сводил с нее глаз, сгорая от желания делить с ней каждую минуту жизни, строить будущее, вместе состариться, наблюдая, как их дети становятся взрослыми.

Обрести с Лейлой счастье.

Прошедший год изменил их обоих. Рафаэль с трудом узнавал Лейлу. Отрешенность жены тревожила его. Ее глаза молили о прощении. В чем она виновата? Его передернуло при мысли о вероятностных причинах. Возможно, в погоне за успехом, ослепленный желанием доказать Джейкобу, что тот не напрасно ссудил его деньгами для начала бизнеса, Рафаэль потерял единственное, ради чего стоило жить. Неужели Лейла предпочла ему карьеру? Или другого мужчину?

Никогда он не поверит в ее измену. Лейла просто еще не готова отказаться от дорого давшейся славы. Значит, он должен убедить ее, что нет ничего важнее семьи. Приняв решение, Рафаэль бросил взгляд на площадку, где фотограф устанавливал свет. Среди всеобщей суеты Лейла вышла из-за умело спрятанной за колоннами ширмы. Его дыхание замерло от ее ослепительной красоты.

Две узкие полосы струящейся золотой ткани перекрещивались на груди и обвивали стройную шею. Полупрозрачное платье фалдами ниспадало на бедра, не стесняя движения. А как Лейла двигалась! Разговоры на площадке смолкли, все повернулись к ней.

Вместо того чтобы подойти к съемочной группе, она направилась прямо к Рафаэлю. Его сердце рвалось из груди, в венах бурлила кровь. Лейла улыбалась так, как будто они не виделись целую вечность, и она исстрадалась в разлуке. Ее глаза горели нетерпеливым желанием.

В постели Лейла была так же ненасытна, как он, но никогда откровенно не демонстрировала вожделение на публике. Рафаэль не смог сдержать безотчетную реакцию тела. Пульс участился, эрекция наступила мгновенно и болезненно. Он едва удерживался, чтобы не сорвать платье и не овладеть ею тут же — безоглядно, жадно, страстно. Это была его женщина — сейчас и навсегда.

— Четыре минуты, мисс Сантьяго, — объявил фотограф, к нескрываемому раздражению Рафаэля.

— Я готова, — ответила Лейла, не сводя глаз с мужа.

Встав перед ним, она провела ладонями по груди вверх к широким плечам. Желание захлестнуло Рафаэля, как цунами. Он не сдержал низкого стона. Глаза Лейлы сладострастно блеснули.

Коварная соблазнительница!

Лейла опустила ладони, слегка царапнув ноготками рубашку:

— Я занервничала, когда ты решил сопровождать меня, но теперь рада, что ты рядом. Мне нужна твоя поддержка.

— Единственный раз я был с тобой на съемке в марте, дорогая, — напомнил он.

В тот раз его мучила жгучая ревность и вожделение.

Она провела пальчиком по твердо очерченной скуле, как будто чиркнула спичкой, усиливая пламя желания. Пожиравший Рафаэля огонь превращал его решимость в пепел.

— Да, но ты всегда со мной в моем воображении, — прошептала она так тихо, что он едва расслышал.

— Мисс Сантьяго, позвольте напомнить, что у нас жесткий график. Время — деньги, — раздался голос скандального клиента.

Откинув назад длинные пряди волос, Лейла вернулась на съемочную площадку, устроенную перед массивным горящим камином. Сотни свечей в канделябрах бросали теплые блики на серый мрамор.

Рафаэль не отрывал взгляд от жены. Фотограф хлопнул в ладоши, и команда замерла в ожидании распоряжений.

— Мисс Сантьяго, прилягте, пожалуйста, на диван, — велел он.

Лейла немедленно исполнила указание. Рафаэль испытывал адские муки, сдерживая желание броситься к ней. Золотое платье целомудренно облегало гибкое тело, но под направленным на Лейлу ветродуем тончайшая ткань трепетала, как его сердце.

Следующий час прошел в бесконечной смене поз — невинных, соблазнительных, манящих. Рафаэль был уверен только в одном: никогда он не испытывал такого вожделения ни к одной женщине, кроме Лейлы. Никогда не хотел никого, кроме нее. Как любовники они идеально подходили друг другу.

Лейла повернула голову и посмотрела прямо на него. Мягкий свет падал на стройную шею. Из тени возникла мужская рука с флаконом духов. У Рафаэля пересохло во рту, когда на нежной коже заискрились капельки влаги. Воздух наполнился волнующим ароматом.

Лейла эротично выгнула спину, с ее губ сорвался легкий стон, глаза томно закрылись. О чем она думала? «Ты всегда со мной в моем воображении», — вспомнил он ее слова. Можно ли ей верить?

Глава 4

Задержавшись возле двери гардеробной, Шиобан сказала: — Потрясающая фотосессия.

Хотя коротышка пытался давать указания, фотограф не обращал внимания и продолжал делать свое дело. В конце концов, Шиобан выпроводила настырного клиента. Лейла сохраняла невозмутимое спокойствие и следила только, не ушел ли Рафаэль.

Он разговаривал по телефону — скорее всего, по поводу бизнеса. Однако сегодня он нашел время сопровождать ее на съемки, словно хотел, чтобы она снова привыкала к тому, что он рядом.

— Отдыхайте до вечера, — нарушила ход ее мыслей Шиобан. — Следующая сессия в пять на пляже. Купальники — просто пальчики оближешь. Кстати, не переедайте за обедом.

Как будто Лейле нужно было об этом напоминать!

— Постараюсь.

Она вышла в холл. Рафаэль шагнул навстречу:

— Чем бы ты хотела заняться?

Лейла кинула взгляд в окно на толпящихся папарацци и поморщилась:

— Отправимся в любое тихое место, где нас не найдут.

— Мне показалось, ты получаешь удовольствие, когда позируешь перед камерой.

— Только когда работаю, — призналась Лейла. — В личной жизни мне дороги тишина и покой.

— В этом мы похожи. — Рафаэль взял жену за руку. Она почувствовала, как в нее вливается его энергия. — Пойдем. Знаю такое место.

Через минуту он вывел Лейлу во двор через боковую дверь. Возле низкой красной спортивной машины их ждал шофер в униформе.

— Мерси, — сказал Рафаэль, бросив ему ключи, а сам направился к стоящему в стороне невзрачному автомобилю.

— Как тебе удалось так быстро заказать машину? — спросила Лейла, когда муж открыл для нее дверь.

— Связи.

— А откуда ты взял, что я сбегу с тобой?

Уголки соблазнительных губ приподнялись в улыбке, от которой защекотало внутри.

— Я умею убеждать.

Вскоре Рафаэль уже вел машину из запруженного машинами центра в сторону порта. Лейла, откинувшись на сиденье, наслаждалась панорамой голубого моря с лодками, яхтами, катерами всех видов и размеров. Пестрые зонтики вдоль пляжа напоминали яркое цветное ожерелье.

Наконец они остались вдвоем. Теперь ей надо найти слова, чтобы рассказать мужу об их потере, чтобы он понял ее страхи и цену риска.

В толпе на набережной мелькало немало знаменитостей, однако в глазах Лейлы все сильные мира сего меркли в сравнении с ее мужем. Рафаэль вел мощную машину так, как делал все в жизни — с уверенной легкостью, которая восхищала ее. Излучаемое им ощущение внутренней свободы покорило Лейлу еще при первой встрече.

Рафаэль де Соуза не сомневался, что преуспеет во всем. И в бизнесе, и в любви.

— Ты выйдешь за меня замуж, — сказал он в тот день, когда увез ее из городского хаоса в маленькую хижину в горах.

— Почему ты так решил? — спросила она, хотя мысль показалась заманчивой.

— Ты любишь меня, а я люблю тебя, — ответил он с такой убежденностью, что она поверила. — Мы должны быть вместе, дорогая.

— Уж очень ты самонадеян, — усмехнулась она, но в душе уже согласилась.

Он стал ее второй половинкой, единственным человеком, кому она могла доверить жизнь, будущее, секреты. Лейла нашла в Рафаэле все, что искала: он был талантливым, обаятельным, амбициозным, веселым. И прекрасным любовником.

Рафаэль пробудил в ней женственность и сексуальность. До него, глядясь в зеркало, она видела обычную девушку без каких-либо отличительных черт, кроме растерянного выражения глаз. Рафаэль никогда не принуждал ее, не навязывал свою волю. Он позволил ей самой распоряжаться жизнью и делать то, в чем было отказано в детстве, — играть. Они поженились через два месяца после первой встречи. Церемония в Рио прошла более чем скромно, вызвав взрыв негодования у матери Лейлы, потому что новобрачные лишили тщеславную женщину внимания прессы.

Воспоминания вызвали у Лейлы улыбку. Выйдя из маленькой церкви, они с Рафаэлем бросились к ожидавшей их машине. Как и сейчас, Лейла не имела представления, куда муж везет ее. Впрочем, ей было все равно. Рядом сидел обожаемый мужчина, и они вместе отправлялись в путешествие длиной в жизнь….

— О чем задумалась? — спросил Рафаэль.

— Вспоминаю свадьбу и медовый месяц.

Он долго молчал, только пальцы крепче вцепились в руль, а волевая челюсть напряглась.

— Сожалею, что не смог предложить тебе более достойного путешествия, — вдруг сказал он, к ее немалому удивлению.

— Я была счастлива. — Лейла заметила, что он недоверчиво нахмурился. — Моя модельная карьера началась очень рано. Если помнишь, мать контролировала каждый мой шаг. Поверь, к восемнадцати годам я уже насытилась экстравагантной жизнью.

Они с Рафаэлем колесили по Европе, избегая туристических троп, наслаждаясь друг другом. Останавливались там, где застигала ночь: в гостиницах, на виллах, в шато или на яхтах. Впервые в жизни она полностью расслабилась, забыв на время про звездный статус. После возвращения жизнь снова закрутила их. Карьера и бизнес требовали все большей отдачи. Прошедший год, когда они почти не виделись, выдался особенно напряженным. Лейлу терзало чувство вины, а Рафаэль настаивал на единственной вещи, которая вызывала у нее ужас.

Рафаэль припарковал машину на стоянке возле пирса, взял с заднего сиденья плетеную корзинку:

— Готова?

— К пикнику? Конечно.

— Хорошо. Если поторопимся, успеем на паром до острова Санта-Маргарита.

Прищурившись, Лейла кинула взгляд на море, в сторону синеющего в дымке архипелага:

— Неужели это то место, где мы побывали в медовый месяц?

— То самое. Я вспомнил о нем, когда ты попросила тишины и покоя.

Какой чудесный романтический сюрприз! Тронутая до слез, Лейла прижала руки к затрепетавшему сердцу:

— Ничего лучше нельзя придумать.

— Рад, что угодил тебе.

Они поспешили к ожидавшему парому и через пятнадцать минут ступили на мягкий песок. Как будто и не было всех этих лет! Прогуливаясь по извилистым тропинкам над морем, они восхищались чудесными видами, слушали пение птиц, вдыхали пряный аромат лаванды, эвкалипта, экзотических растений. Лейлу охватило умиротворение, правда, красотам природы оказалось не под силу надолго оторвать ее взгляд от Рафаэля. Ей так долго не хватало его близости. Наступило самое подходящее время, чтобы открыться, но она не посмела нарушить царящую между ними гармонию. Ей хотелось насладиться драгоценными часами наедине с мужем, вспомнить, как это бывало раньше, уйти на время от одолевавших мучительных мыслей. Лейла решила снова отложить тяжелый разговор.

Взявшись за руки, они продолжали прогулку в уютном молчании. Лейла давно не испытывала такого чувства единения, когда легко представить, что в жизни все безоблачно.

Тропинка вывела на безлюдный пляж перед маленькой пещеркой. Бирюзовые волны с тихим шорохом набегали на берег.

— Какая красота!

— Идеальное место для пикника, — согласился Рафаэль.

Лейла пыталась припомнить, сколько времени прошло с их последней прогулки вдвоем. Вечность.

Рафаэль расстелил коврик, Лейла скинула туфли, погрузив ноги в песок.

— Я подумал, что ты вряд ли голодна, и попросил персонал приготовить легкие закуски. Они предложили розовое вино, но я помню, что в прошлый раз тебе понравился французский шипучий лимонад.