Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Она внимательно слушает его и почти никогда не противоречит, она знает свое место и знает, что он умнее ее, рациональнее, логичнее, сильнее. Ее же сильные стороны — доброта, отзывчивость, красота. Она надежный тыл, она мечта, она та, кого он готов носить на руках всю жизнь…

Полина все это знала, и знала, что именно такая она и нужна Глебу. Но тихий вкрадчивый шепот звучал в ушах: «Полина, ты могла ему просто надоесть…»

Могла? Да запросто! Надоели же как-то Полине ее горячо любимые когда-то белые тапочки с кроличьим мехом!

А она — как те тапки. Уютная, красивая, снежно-нежная… Удобная.

Ей придется подвинуться, если придет другая: допустим, одна из тех современных бабеней, о которых Глеб говорит с таким презрением.

Эта «бабень» обязательно на каблуках модных лабутенов, в микро-юбке, у нее идеальное тело фитнес-инструкторши и силиконовая грудь. Она делает фото, стоя у японского мотоцикла и закинув на него ногу. Она, например, фотомодель!

Или же — спортсменка, ныряющая с парашютом в километровые пропасти. Коротко стриженная, сильная, в ярких обтягивающих костюмах. Она умеет гонять по крутым волнам на доске для серфинга, выбегает на пляж, весело смеясь и встряхивая мокрыми волосами. На ней белоснежный купальник, и еще — однажды она отбилась от нападения акулы!

Возможно — она деловая женщина. Ей за сорок. Она ухожена, ее стиль — классика. Ее кожа неувядаема, губы полны и свежи, прическа уложена с тщанием лучшего мастера парикмахерского искусства. Она варит настоящий кофе, пьет его, не оставляя ни пятнышка помады на кромке кружки японского фарфора. На ее рабочем столе смартфон, планшет и макбук, и никаких ниток-бусинок.

Она способна проанализировать самый рисковый бизнес-план наравне с мужчинами, она разбирается в колебаниях биржи, инвестициях, акциях, во всем, что интересно Глебу.

В постели же она — ураган страстей и любительница эротических игрушек.

Полина снова перебирала образы женщин и остро болела душой. Боль ей причиняло то, что ее, Полины, нет в этой галерее красавиц. Ее место — в тылу, за спиной, с подносом в одной руке и галстуком — в другой…

Не прыгать ей с парашютом, не ринуться в большой бизнес, не запостить на страничку смелую фотосессию…

Что за глупую плюшевую жизнь она себе выбрала!

А с другой стороны — что еще она умеет? Глеб и Марго говорят, что жизнь ее прежде была пустой и бесцельной. Оконченная школа, оконченный вуз, работа на износ, серые будни в офисе. Никакими талантами, кроме трудолюбия, Полина не отличалась. Так и жила бы, листая туда-сюда корпоративный календарь собраний, если бы Глеб, ее мужчина и герой, не вывел бы ее за руку в рай, где раскрылись в полной мере ее женское предназначение, ее мягкая натура.

Так легко заявив подруге, что в случае измены она готова развестись с Глебом, Полина не подумала о главном: что будет после?

Снова работа? Сорок кошек? Никому не нужное существование пустоцвета? Или — поиск нового мужа, обожающего домашнюю еду и хлопковое белье?

А удастся ли снова найти такого, кто будет достойно ее обеспечивать в обмен на эти нехитрые блага?

Кто будет любить ее так, как любит Глеб?

За женское счастье надо держаться, за женское счастье надо сражаться. И начинать надо с обнаружения врага. Чем Полина и занялась, забросив на время рассаду и незаконченную вышивку ирисов.

Она быстро скачала на флэшку все папки с ноутбука Глеба, которые показались ей полезными: аккуратный Глеб расположил их по названиям и даже годам. У него были папки, помеченные «Работа», «Фото», «Дела», «Контроль», «Планы»: все их Полина скачала без особой надежды что-то найти. Особый интерес вызвала папка с названием «Семья» — что может в ней храниться?

Вернув ноут на место, Полина дождалась отъезда мужа и кинулась к телефону. Ей удалось зацепить номер большого сетевого маркета электронных товаров, и там она заказала маленький нетбук, договорившись о времени доставки и оплате наличными.

Ей пришлось пережить неприятный момент, когда в разговоре с услужливым и веселым менеджером, задающим уточняющие вопросы, она мямлила и терялась на каждом шагу.

Он спрашивал ее о разных вещах: объеме памяти, количестве ядер процессора, о назначении нужного ей компьютера, даже о том, какой цвет она предпочитает.

Полина вцепилась в трубку и, тяжело дыша, выдавливала:

— Все равно… чтобы открывать фотографии… я не знаю…

И, когда парень-продавец посоветовал наконец нужную модель, она выдохнула с облегчением и сбросила звонок, ощущая себя полной дурой.

Неудивительно, что Глебу могла понадобиться другая женщина — при таком-то уровне Полининого развития — ниже плинтуса.

Ноутбук привезли на следующий день. Полина нервничала с утра, боясь, что курьер приедет слишком рано или позвонит, и придется объяснять Глебу, что за звонки она принимает. Ее нервозность не осталась незамеченной — Глеб ласково поцеловал в макушку и поинтересовался:

— Что случилось? Ты какая-то бледненькая.

— Не хочу, чтобы ты уезжал, — собралась с духом Полина, — буду скучать по тебе.

Глеб улыбнулся и потянул ее за кудряшки.

— Что тебе привезти из заморских стран, любимая?

— Не надо мне ни украшений, ни туалетов хрустальных, ни платьев роскошных, — поддержала шутку Полина, — а привези ты мне цветочек аленький…

Глеб рассмеялся.

— Хорошо, привезу.

— А чудище какое-нибудь тебя не заберет? — поинтересовалась Полина.

Глеб внимательно посмотрел на нее.

— Нет, Поля, чудище меня не заберет.

— Тогда я спокойна.

Нетбук привез молодой парень в красной фирменной куртке. Он ловко распаковал коробку, включил компьютер:

— Операционная система — десятая, по умолчанию.

— А интернет?

— Подключайтесь хоть по вай-фаю, хоть напрямую.

— Пожалуйста, — взмолилась Полина, — подключите мне вай-фай, я сама не могу. Вот пароль, я записала на листочке…

И она протянула переписанный от руки логин и пароль, которые нашлись в документах на подключение интернета.

— Я не мастер, — засомневался парень, но за новенькую тысячную купюру передумал и выполнил Полинину просьбу.

После его ухода Полина обошла дом, закрыла все окна и двери и забралась с ногами в большое уютное кресло «для рукоделия», как она его называла — кресло, мягкие подлокотники которого были утыканы иголками с разноцветными хвостиками.

Экран нетбука засветился мягким синим светом, подключенная флэшка определилась.

Дрожащими руками Полина открывала папку за папкой, оттягивая момент знакомства с папкой «Семья». Глеб оказался предсказуем. В папке «Работа» лежали сканы документов, в папке «Контроль» — копии договоров, разложенные по датам. В папке «Фото» обнаружились чудесные черно-белые работы, которые на время заставили Полину забыть о своем расследовании.

Множество фотографий, запечатлевших простые и в то же время очень глубокие виды: сгорбленный котик, сидящий на полуразрушенном заборе, а за ними — покосившийся домишко с белеными стенами и крышей из камыша.

Кругленькая одинокая нерпа на мокром камне в окружении холодных пенных вод. Камни вокруг — словно спинки ее сородичей, некогда огромной стаи, исчезнувшей давным-давно.

Сморщенное крошечное личико младенца, ласково поддерживаемое сморщенными руками пожилой женщины, наклонившейся над ним: две стадии жизни, рождение и увядание, такие далекие друг от друга и такие родственные по сути…

Полина листала фото, чувствуя, как к глазам подступают горячие слезы.

Простенькие сюжеты, пойманные в чей-то объектив, вызывали в ней бурю чувств. Она интуитивно понимала, что ни секундой раньше, ни секундой позже этот кадр сделан быть не мог. Она чувствовала гениальную уместность каждой складки на воде, каждой тени на лице, каждого облачка на заднем плане, и эта ювелирная уместность тревожила ее до слез.

Это были фотографии, автора которых Полина готова была боготворить лишь за то, что он изредка нажимает на кнопку спуска своего фотоаппарата.

Этот неизвестный фотограф — кто он? Почему его фото Глеб хранит на своем компьютере уже несколько лет?

Ни малейшего указания на авторство Полина не нашла. На последнем фото женщина стремилась укрыться от дождя: она забегала по лестнице вверх, держа зонт над головой. Мокрые пышные кудри разметались, на плаще — потеки, на чулках — темные капельки.

Черно-белые фотографии, ведущие в жизнь.

Возможно ли, что это фото Глеба? Он когда-то увлекался фотосъемкой и забросил только после свадьбы — много дел, сказал он, не до хобби. И даже камеру куда-то задевал — может, и выкинул.

Если это его работы, то за него стоит бороться не из-за благополучия и сытой теплой жизни, а потому, что когда-то Полина сказала ему «да». Потому, что за привычкой видеть мужа утром и вечером скрывалась забытая ею любовь. Если это его работы, то Полина не имела права не влюбиться в него, потому что его взгляд на мир — ее взгляд на мир.

Антуан де Сент-Экзюпери говорил, что любить — это не значит смотреть друг на друга. Любить — это значит смотреть в одном направлении. Когда-то они с Глебом смотрели в одном направлении. А теперь — только друг на друга, и то мельком, за завтраком и ужином. Каждый день она видела Глеба и не видела его — кто он, ее муж, что он за человек?