Когда Дэвид сказал, что у детей он уже спрашивал и они ничего не трогали, Молли только покачала головой.

— Ну, — сказала она и улыбнулась Дэвиду, — значит, привидения расшалились.

— Какие еще привидения? — спросил Дэвид.

— Домашние, — ответила Молли. — В таких старых особняках просто обязаны быть призраки, ну хотя бы один, тебе не кажется?

— А, ну конечно, — засмеялся Дэвид. Он впервые услышал, чтобы Молли говорила что-нибудь о привидениях, и был уверен, что она просто шутит. Впрочем, позже уверенность его несколько уменьшилась.

Около полудня Дэвид столкнулся с проблемой: нужен был какой-то способ расстегнуть металлическую молнию на ширинке джинсов. Ни у девочек, ни у Блэра такой проблемы не возникло бы: у Эстер и Джени ни одной молнии на одежде не имелось, а у младшего брата были штанишки на резинке. Дэвид изучил свой гардероб и решил, что оптимальный вариант — купальные шорты, хотя, если погода не наладится и не станет теплее, объяснить взрослым свой наряд будет довольно трудно.

Весь день, пока он вечером не лег в постель, у Дэвида не шли из головы металлические предметы. Он в последний раз вместе с младшими совершил обход дома, обращая их внимание на все металлические предметы, но все равно не был уверен, что они всё запомнили. Опасность представляла, например, металлическая ручка кухонной двери, особенно если учесть, что остальные ручки в доме были пластиковыми.

Дэвид уже лежал в постели и собирался засыпать, как вдруг ему в голову пришла блестящая идея. Первой трудностью, с которой им предстоит встретиться завтра утром, будет завтрак. Отец любил вставать рано, чтобы спокойно посидеть за столом со всей семьей, а только потом ехать на работу. И уж если он где и проявлял строгость, так это касательно манер и хорошего поведения за столом. Если все начнут есть руками, скандала не миновать. Есть только одна возможность решить эту проблему.

Молли, которая, в отличие от отца, не придерживалась строгого режима, пару раз забывала поставить будильник. Мальчик помнил, что оба раза она в спешке готовила отцу завтрак и провожала его на работу, а уж только потом звала всех остальных на кухню. Однажды она даже попросила, чтобы Дэвид сам накормил детей завтраком, пока она будет рисовать. Дэвид не возражал: до женитьбы отца он постоянно готовил младшим еду. В случае с непоставленным будильником ситуация оказывалась гораздо проще, по крайней мере утром. Но как же сделать так, чтобы Молли проспала?

Дэвид выпрыгнул из постели и вышел в коридор. Наверху все было тихо, но внизу все еще горел свет, а значит, отец и Молли еще не спали. Мальчик спустился по лестнице на один пролет и прислушался. Из гостиной до него долетели обрывки разговора — родители беседовали. Дэвид быстро поднялся обратно и прокрался по коридору в комнату отца и Молли.

На тумбочке мачехи стоял будильник. Мальчик перевел стрелку почти на сорок пять минут позже, чем она стояла прежде. Таким образом, отцу придется завтракать чуть ли на бегу, если он не хочет опоздать на работу. Это было очень нехорошо по отношению к Молли, но Дэвид успокаивал себя тем, что, по крайней мере, это не столь ужасно, как если бы они увидели, что дети едят руками. А так Молли просто придется побегать и выпроводить отца на работу, тем временем Дэвид предложит ей спокойно порисовать, пока он будет кормить младших завтраком. Всё пойдет как по маслу, если только Молли не обнаружит, когда будет ложиться спать, что стрелка переведена.

Все прошло как надо. На следующее утро Дэвид проснулся, услышав, как Молли буквально ссыпалась вниз по лестнице. Он посмотрел на часы и убедился, что отец точно проспал. Через несколько минут он услышал шаги Джеффри Стэнли, не такие торопливые, но все же было ясно, что тот спешит. Дэвид встал с постели и посмотрел в окно — благоприятствует ли погода его планам. Погода не радовала: пасмурно и довольно ветрено.

В купальных шортах было бы явно неуютно, поэтому Дэвид натянул свой самый теплый спортивный балахон. Надеясь таким образом достичь равновесия, он лишь сделал так, что нижней части тела было холодно, а верхней жарко. Впрочем, это его не особо волновало, ведь к полудню уж точно должно было развиднеться, а кроме того, успокаивал он себя, испытание на то и есть, оно не должно быть слишком легким. Так что, если уж это настоящее испытание, придется терпеть.

Потом он достал одежду для Блэра, чтобы брат не дотронулся до чего-нибудь металлического, например до ручек комода. После этого Дэвид отправился в комнату к девочкам и достал одежду и для них. Когда мальчик спустился на кухню, отец уже уходил на работу.

За ним закрылась дверь, Молли налила себе чашку кофе и рухнула на стул.

— Не понимаю, что со мной происходит, Дэвид! — сказала она. — Готова поклясться, что я не трогала будильник ночью, а вечером он стоял как надо. Но утром стрелка была переставлена почти на час вперед! Либо будильник сошел с ума, либо я.

— Ты думаешь, человек способен переставлять будильник во сне? — спросил Дэвид.

— Ну, думаю, теоретически такое возможно, но я никогда ничего подобного за собой не замечала. Бывало, что я забывала нажать кнопку, и будильник просто не звонил. Но сегодня утром он прозвонил, только значительно позже, чем нужно.

Дэвид сочувственно покачал головой.

— Послушай, может, сегодня утром я займусь завтраком для младших, а ты не теряя времени начнешь рисовать?

Молли улыбнулась и кивнула, как будто не могла поверить своим ушам:

— Дэвид, ты самый замечательный…

Мачеха не договорила, уставившись на дверь кухни.

— Доброе утро, — наконец сказала она.

Вошла Аманда и уселась за стол.

— Знаешь, чего бы мне хотелось? — сказала она Молли. Дэвид впервые услышал, как Аманда обращается к кому-то из взрослых, не отвечая на прямой вопрос. — Мне бы очень хотелось блинчиков на завтрак.

— Я сделаю завтрак, — сказал Дэвид.

— А блинчики умеешь делать?

— Не знаю, — ответил он. — Я никогда не пробовал делать блинчики.

— Ну, мне бы очень хотелось блинчиков, — сказала Аманда и почти улыбнулась матери.

— Что ж, думаю, у меня есть время приготовить вам блинчики, — сказала Молли. — Как-нибудь я обязательно воспользуюсь твоим предложением, Дэвид.

Она занялась блинчиками, а Дэвид прошипел Аманде:

— Ты все испортила. Я устроил так, чтобы ее не было на кухне, пока дети будут завтракать.

Аманда посмотрела Дэвиду прямо в глаза:

— Знаешь, — сказала она, — мне именно сегодня захотелось блинчиков. Понимаешь?

— Да, — сказал Дэвид. — Я все прекрасно понимаю.

И он действительно понял, хотя бы отчасти. Он вообще многое теперь начал понимать об Аманде и ее испытаниях.

Глава 7

Этим утром, когда Аманда так настойчиво просила блинчиков, Дэвид сообразил, что она ничуть не собирается помогать детям семьи Стэнли в прохождении испытаний. Более того, мальчик заподозрил, что она специально старалась сделать так, чтобы испытания оказались как можно более трудными. Дэвид не понимал, почему ей так хочется все усложнять, но некоторые догадки по этому поводу у него уже появились. И они не имели никакого отношения к сверхъестественному.

В общем, так или иначе, Аманда сорвала планы Дэвида насчет завтрака, поэтому пришлось срочно придумывать что-то еще. Он решил подняться и задержать детей. Обычно они спускались к завтраку как только одевались, но сегодня брат загнал младших в свою комнату и прочитал им длинную лекцию, повторив все то, что уже сообщал накануне по поводу металлических предметов. Джени постоянно перебивала его и говорила, что она все это уже слышала, Эстер все время ныла, что хочет кушать, Блэр же и вовсе находился в прострации и глазел в окно. Дэвид не стал рассказывать детям о блинчиках, потому что, узнай они об этом, ему уже никакими силами не удалось бы задержать их в комнате даже на минуту, и об испытании они бы точно забыли.

Наконец, когда Дэвид был почти уверен, что Молли закончила готовить блинчики, он решил отпустить младших. Выйдя из комнаты, мальчик услышал голос мачехи:

— Дэвид, дети, где вы там? Блинчики остывают.

— Блинчики! — закричали Джени с близнецами и кинулись вперед брата вниз по лестнице с такой скоростью, что он чуть не свернул себе шею, пытаясь не дать им обогнать себя.

Дэвид остановился у двери, и Джени с шумом врезалась в него, за ней последовали еще два небольших толчка — это были Блэр и Эстер.

— Ну, наконец-то я всех их собрал, — сказал Дэвид, неспешно заходя на кухню. — Прости, что опоздали. Может, ты пойдешь рисовать, а я уж присмотрю за ними?

Как только Молли ушла, Дэвид убрал все столовые приборы с помощью полотенца, чтобы младшие ненароком по привычке не схватили их. Потом он намазал все блинчики маслом и джемом с помощью пластиковой ложечки, и дети принялись есть их руками. С джемом все было более-менее прилично, но Джени хотела блинчики с сиропом, и вот тут-то и началось самое страшное. Когда Дэвид после завтрака убирал на кухне, ему казалось, что все вокруг стало липким. Ну, разумеется, кроме столовых приборов.

До обеда все шло без происшествий, а на обед были сэндвичи и фрукты. На какое-то время даже выглянуло теплое солнышко, так что ноги Дэвида перестали напоминать гусиную кожу. Но впереди был еще ужин.

К моменту, когда отец уже должен был вернуться домой, Дэвид так и не придумал какого-нибудь достойного плана. В конце концов он решил: пусть каждый будет сам за себя. Отыскав младших на крыльце, брат сообщил им о своем решении.

— Значит так, — сказал он. — Я не могу придумать никакого выхода для всех нас. Я не могу найти пластиковые приборы, а Молли сказала, что если мы хотим гамбургеры, нужно было сказать ей об этом заранее, потому что на сегодняшний день она готовку уже распланировала. Поэтому вам придется самим придумать, как выйти из ситуации. Я пас.

— И что ты собираешься делать? — спросила Джени.

— Ну, единственное, что приходит мне в голову, — это попытаться есть руками, пока отец и Молли не видят, но, скорее всего, ничего из этого не выйдет. А если так, то я скажу, что у меня болит живот, и откажусь от ужина.

— Ты будешь голодать, — сказала Эстер.

— Нет, не буду. Во всяком случае, от одного пропущенного ужина я с голоду не умру, — ответил Дэвид, но Эстер все равно смотрела не него с недоверием. Малышка никогда не пропускала даже одного блюда, не говоря уж об ужине или обеде целиком, поэтому о голоде имела весьма смутные представления.

— Может, мне сказать, что у меня тоже живот болит? — предположила Джени. Для нее не представляло никакого труда отказаться от ужина, ее вообще всегда приходилось упрашивать съесть хоть что-то.

— Хорошо, Джени, — сказал Дэвид, — пусть у тебя болит живот. Тебе это явно больше подходит. А я придумаю что-нибудь другое.

Настроение у него было довольно кислое, ведь сегодня на ужин Молли готовила отбивные из баранины, а это была его любимая еда.

Тут на крыльцо вышла Аманда, и Дэвид сменил тему разговора. Он решил, что лучше не открывать ей планов на вечер. Но девочка стала бесцельно бродить вокруг крыльца, поэтому когда Дэвиду пришла в голову новая идея — и на этот раз действительно хорошая, — ему пришлось подождать, прежде чем поделиться ею с детьми.

Ужин начался весьма неудачно. Отец только что вернулся с работы, и (а это ясно каждому, кто попадал в подобные ситуации с родителями) это означало, что наступило самое неподходящее время вести себя неподобающим образом. Тем более если дети собираются безобразничать все разом.

Все трое детей опоздали к столу. Взрослые потребовали, чтобы они помыли руки перед едой, и, конечно, дело осложнилось из-за проблемы с металлическими кранами. Остальные в это время сидели за столом, и отец уже начал раздражаться, когда наконец-то Джени и Блэр зашли на кухню, после чего Молли встала и закрыла дверь, чтобы не было сквозняка. Она уже вернулась за стол, как вдруг в дверь постучали. Отец нахмурился и спросил:

— Эстер, это ты?

— Да, это Тессер, — ответила Эстер через дверь.

— Ну так входи же!

Через несколько секунд Эстер закричала:

— Я не могу!

Дэвид подумал, что она вполне могла бы обернуть дверную ручку юбкой и открыть дверь, но тут же вспомнил, что сегодня на ней были штанишки. Он взял салфетку и пошел сестре на помощь.

— Сядь на место, Дэвид, — сказал отец, отодвинул стул, направился к двери и резко открыл ее. Эстер с невинным видом вошла в кухню, в то время как отец покрутил ручку в одну и в другую стороны и проверил язычок замка.

— Ручка вполне исправна, Эстер, — сказал отец. — Ты не забыла повернуть ее перед тем как открывать дверь?

Эстер посмотрела на отца широко открытыми глазами, и Дэвид затаил дыхание. Сестра помотала головой и ответила:

— Нет.

— Не повернула? — спросил Джеффри Стэнли. — Ну так в другой раз не забудь, ладно? Сначала поверни ручку, потом толкни дверь.

Через минуту Молли попросила Дэвида достать масло и только сейчас обратила внимание на его купальные шорты. Вообще в семье Стэнли запрещалось сидеть в купальной одежде за столом. Отец решил напомнить об этом Дэвиду, и тут Дэвид перебил его и объяснил, что собирался играть с детьми у поливалки, но день так и не разгулялся, и пришлось отказаться от этой затеи.

— Немудрено, — ответил отец. — Джени, да в чем дело, в конце концов?!

Джени орудовала за столом обычными приборами, но на руках у нее были большие пушистые рукавицы из кроличьего меха. Эти рукавицы ей подарили на Рождество, но она никогда их не носила, потому что они были очень толстые и неудобные. Казалось, что ложку она держала в огромном белом шерстяном шаре, а на лице сиял чудовищный оскал — таким образом она не касалась губами ложки и ела непосредственно зубами.

Девочка широко улыбнулась отцу, при этом ее глаза и лицо с ямочками на щеках буквально сияли, как в рекламных роликах зубной пасты.

— Папа, у меня ручки замерзли, — сказала она кокетливо. — У меня весь день ручки мерзнут. Я, наверное, простудилась. — С этими словами она ненатурально, но очень громко хлюпнула носом.

Отец посмотрел на Дэвида, затем снова на Джени. Тут Молли рассмеялась, и отец тоже слегка улыбнулся, качая головой.

— Должно быть, у тебя своя собственная погода, — сказал он.

— Да уж, действительно, — сказала Молли, положила Блэру еду в тарелку и передала ему. — Очень переменчивая.

Какое-то время ужин проходил спокойно. Отец рассказывал Молли о полевой экспедиции, в которую собирался отправиться, и оба так увлеклись разговором, что не замечали происходящего за столом. Это, конечно, было к лучшему, потому что за столом творились действительно странные вещи.

Дэвид стал осуществлять свой план, который придумал в последнее мгновение; при этом он не сводил глаз с отца и Молли. За каких-нибудь полминуты ему удалось полностью избавиться от содержимого тарелки. Как раз перед ужином он положил в карман небольшой полиэтиленовый пакетик для овощей и сейчас, пока никто не видит, достал его и переложил туда весь свой ужин. Он решил спрятать пакетик с едой, чтобы поужинать позже, в своей комнате. Конечно, ему не очень-то нравилось, что мясо перемешается с гарниром, но это лучше, чем вовсе остаться голодным. Теперь, когда ужин лежал в пакете на коленях Дэвида, у мальчика появилась возможность поглядеть, как справляются с испытанием младшие.

Джени, похоже, неплохо навострилась управляться с приборами руками в варежках. Дэвид удивился, как это ему самому не пришла идея надеть рукавицы или перчатки. Впрочем, если бы все последовали приему Джени, план бы не сработал. Ей-то, пожалуй, сойдет с рук еда в рукавицах и с этим страшным оскалом, потому что она постоянно делает какие-то чудные вещи. Но если бы все вели себя таким образом, скандала не миновать.

Эстер подцепляла горошек с помощью чего-то похожего на лопатку. Приглядевшись, Дэвид понял, что это была лопатка из ее кукольного домика. К счастью, всё в этом домике было из пластика. Из лопатки действительно получилась неплохая ложка, за тем лишь исключением, что в нее умещалось не более двух горошин за раз.

Блэр и вовсе ел руками. Дэвид понял, что не пройдет и минуты, как отец заметит такое поведение и положит ему конец, однако тот довольно долго не обращал на Блэра внимания. Они с Молли были так увлечены разговором, что несколько минут вообще не видели ничего происходящего вокруг.

— Но Джефф, — говорила Молли, — как же мы будем целых три недели одни без тебя?

Блэр уже почти прикончил свою порцию картофельного пюре, Джени изо всех сил старалась нарезать отбивную, что было довольно непросто с рукавицами на руках, а Дэвид стал ощущать, что пюре у него на коленях довольно чувствительно греет ногу, как вдруг Аманда со стуком поставила стакан на стол.

— Ну, я не обязан соглашаться на это, — говорил отец, — но это ведь дополнительно оплачивается…

Он замолчал и посмотрел на Аманду. Все посмотрели на Аманду.

— Я чуть стакан не разбила, — сказала она.

Отец кивнул и уже было перевел взгляд обратно на Молли, но, к несчастью, заметил то, чего не должен был видеть.

— Дэвид, — спросил он, — где твой ужин? Тебе что, забыли положить?

— Да нет, — ответил Дэвид, — не забыли… Просто… просто я всё уже съел. Я сегодня очень проголодался.

— Да уж, я вижу. Добавки хочешь?

— Не-ет, папа, — ответил Дэвид, ерзая на стуле, потому что нога, на которой лежал гарнир из картофельного пюре, начала буквально гореть. — Я уже наелся, спасибо.

— Ты что же, с костями ел? — внезапно спросила Аманда.

Джени бросила на нее яростный взгляд.

— Да, с костями, — сказала она. — Он съел косточки. У Дэвида сильные зубы.

Дэвид через силу улыбнулся.

— Так получилось, что у меня костей в отбивной не было. Видимо, удачный кусок попался.

Отец посмотрел на Дэвида вопросительно и тут заметил нечто куда более преступное. Чтобы собрать с тарелки весь горошек, Блэр закатывал его в комочек из картофельного пюре, наподобие снежка, после чего засовывал все это в рот липкими жирными пальцами.

— Блэр! — воскликнул Джеффри Стэнли. — Что происходит?

Блэр проглотил кусок, облизал пальцы и сглотнул. Затем он улыбнулся, с серьезным видом посмотрел на отца и сказал:

— Я ем руками.

— Это я отлично вижу, — сказал отец. — Мне бы очень хотелось узнать, почему ты ешь руками.

Блэр наморщил лоб и задумчиво склонил голову. Он всегда так делал, перед тем как ответить на вопрос. Но сейчас Дэвид отчетливо видел, что отец не в настроении долго ждать, как обычно бывало, когда он говорил с Блэром.

— Почему я ем руками? — переспросил брат.

— Вот именно, — сказал отец, и голос его стал напряженным, как будто сейчас разорвется бомба.

Блэр снова наморщил лоб и очень, очень медленно проговорил:

— Потому… что… я должен… есть руками.

— Что это значит — «ты должен»? Почему ты должен?

В голосе отца появились пугающие надтреснутые нотки, и с минуту все сидели неподвижно и смотрели на него. Даже Аманда бросила взгляд на отца, быстрый взгляд, такой же, каким смотрела Джени, перед тем как перепрыгнуть через три клетки в настольной игре.

Тут Молли взяла отца за руку.

— Джефф, — сказала она, — так что там насчет твоей экспедиции?

Отец посмотрел на нее, потом снова на Блэра.