logo Книжные новинки и не только

«Шальные желания» Зора Слоун читать онлайн - страница 10

Knizhnik.org Зора Слоун Шальные желания читать онлайн - страница 10

10

Соревнования в Атланте собрали множество именитых участников. Джин предстояло бежать дистанцию в пять тысяч метров.

Минул уже год с тех пор, как она покинула дом Ланса и снова начала посещать колледж. Дуэйн Диллон настоял, чтобы она осталась в его доме. И она согласилась, попеременно переживая то надежду, то страх увидеть Ланса и испытывая ужасное разочарование, оттого что он не приезжал. Скрепя сердце она снова занялась бегом. Постепенно ее результаты стали лучше, чем когда-либо.

Весной события развивались с невероятной быстротой. Оказавшись в тридцатке сильнейших мира, Джин познакомилась с Джо Форбзом, который решил поставить на нее и стал ее менеджером. Девушка перебралась в его спортивный лагерь, где постоянно тренировалась. Теперь у нее был стабильный заработок, возраставший по мере того, как увеличивалось число выигранных ею соревнований.

Для Форбза главным были деньги. Ради них он шел на все, чтобы сделать из Джин профессионала. Но и она была заинтересована в финансовой независимости. Ей нужно было доказать всем, и прежде всего себе, что она не нуждается ни в чьей благотворительности…

Джин заняла позицию на беговой дорожке, стараясь не смотреть на толпу зрителей. Забитые орущими людьми трибуны всегда мешали ей сосредоточиться, лишали самообладания.

Когда прозвучал выстрел стартового пистолета, Джин рванула, словно стрела, выпущенная из лука. Через некоторое время вперед вырвались трое: Джин, немка и болгарка.

Никто не считал Джин достойной соперницей. Ее почти не знали в спортивных кругах. Когда прозвучал гонг, возвещавший о начале последнего круга, немка и болгарка сосредоточились на соперничестве друг с другом, не взяв в расчет Джин. Это оказалось ошибкой. Прошло то время, когда она считала лидеров недосягаемыми. Теперь ее подстегивало самолюбие. Когда до финиша оставалось пятьсот метров, Джин поравнялась с немкой и оставила ее за собой в крайнем недоумении. Казалось бы, финал предрешен, но эта неизвестная бегунья спутала все карты.

До финиша оставалось триста метров, когда Джин догнала болгарку. Резкий рывок — и она на какие-то ничтожные доли секунды опередила соперницу.

Рев зрителей и аплодисменты оглушили Джин. Мышцы ног болели, а легкие просто разрывались от напряжения. Она поняла, что победила, лишь, когда болгарка дружелюбно похлопала ее по плечу.

— Ты сделала это! — воскликнул тренер, и Джин засияла от гордости. — Ты победила!

Налетели журналисты. Каждый старался протиснуться к новой звезде. Микрофоны тянулись со всех сторон. Все это не очень нравилось Джин, но все же она была счастлива.

Джин вернулась в отель, где остановилась вся команда Форбза. Ей хотелось расслабиться, но оказалось, что у нее не так-то много свободного времени. Стив Льюис, агент Форбза, уже договорился о пресс-конференции. Никто и не подумал поинтересоваться мнением Джин. Задетая тем, что Форбз, даже не появившийся на соревнованиях, теперь готовится использовать ее победу в своих интересах, она с трудом сдерживала раздражение.

— Тебя попросят дать интервью, девочка моя, и ты не отказывай, — распорядился Форбз.

Но Джин не любила, когда ей приказывали.

— Я не люблю давать интервью.

— А кто их любит?

Форбз дал ей понять, что ее вкусы значения не имеют. В его голове уже созрел план, как извлечь из рекламы Джин многомиллионную прибыль.

— Пришло и тебе время собирать урожай, — ухмыльнулся Стив Льюис, имея в виду гонорар Джин. — Кстати, знаешь, как тебя назвали? «Девушка из ниоткуда». Точно! А если понадобится биография, мы всегда можем ее представить.

— А что, это сделает меня девушкой из откуда-то? — недовольно усмехнувшись, спросила она.

— Не волнуйся! Мы всегда сможем намекнуть на какую-нибудь тайну, — сказал Форбз, посчитав, что Джин заботится о своем имидже «темной лошадки». — Но от нас у тебя не должно быть никаких тайн. Иначе любая мелочь может вызвать скандал.

Джин промолчала. Интересно, как воспримут болельщики алкоголизм ее отца и краткий роман с профессором истории?

Джо Форбз заметил ее нерешительность и спросил:

— Ну, так что, есть какие-нибудь неизвестные мне факты?

Джин помрачнела. Ей вовсе не хотелось раскрывать душу перед этими мужчинами.

Должно быть, Форбз понял это и предупредил:

— Послушай, детка, не забывай, что у нас с тобой контракт. Через час, хочешь этого или нет, ты должна будешь дать интервью всем, кто пожелает.

Настроение Джин упало. Боже, зачем она вообще согласилась работать на Форбза?

Год назад она поставила перед собой цель вернуть долг Лансу Диллону, совершенно не представляя, как это сделать. Ей и в голову не приходило, что бег может приносить деньги, и немалые. Впервые она поняла это, когда весной за победу получила сумму с пятью нулями. Она отправила выигрыш в Мэн и приняла предложение Форбза. С тех пор ее жизнь мало чем отличалась от жизни породистой беговой лошади: диета, специальные упражнения, тренировки. Она мирилась с этим, во-первых, потому, что не знала, как ей жить дальше, а во-вторых, потому, что получала большие деньги.

Долг Лансу так и остался висеть на ней. Первый чек Ланс вернул ей разорванным на множество мелких кусочков. Джин дождалась, когда Дуэйн собрался навестить сына и внучку, и передала с ним наличные. На этот раз она получила по почте конверт, в котором была лишь кучка пепла. Неужели он сжег честно заработанные ею деньги?!

Если бы только она могла так просто его забыть!

Она пыталась, но ничего не выходило. После каждого письма от Дорри она снова видела перед собой Ланса, его уютный дом, девочку. Джин уехала из Мэна, любя Ланса, и ничего с тех пор не изменилось.

Тяжело вздохнув, она решила смириться с предстоящей пресс-конференцией и, по указанию Джо Форбза, отправилась переодеться. Она спустилась вниз в элегантном, облегающем фигуру платье, внешне безразличная к тому, что ее ожидало. Перед началом пресс-конференции Форбз и Льюис намеревались проинструктировать ее, подготовить к ответам на возможные вопросы.

— Парня нет? — спросил Форбз.

— Нет, — сухо подтвердила она.

— Родители умерли?

Джин кивнула.

— Чем они занимались?

— Разве это относится к делу?

— Нет, если они были полным ничтожеством, — отрезал Форбз.

Девушка постаралась сохранить самообладание, убеждая себя в том, что для него ничтожеством были все, кто не приносил прибыль в его карман. Но гордость все же взяла свое, и она возразила:

— Они были бегунами. Мама даже стала бронзовой призеркой на чемпионате мира.

Это оказалось ошибкой. На лице Форбза появилась хитрая улыбка.

— Почему ты не сказала нам об этом раньше? Могла бы получиться хорошенькая история. Так ведь, Стив?

Льюис на секунду задумался, а потом спросил:

— Отчего умерла твоя мать?

— А разве это имеет значение?

— Ну, ты же не хочешь, чтобы в газетах появилась неправильная информация?

Джин не нравилось то, что задумали эти мужчины.

— Рак желудка.

— Отлично! — Форбз потер руки. — А кто тебя воспитывал?

— Мой отец.

— Он тоже был спортсменом?

Джин пожалела, что вообще открыла рот.

— Да.

— Медалист?

— Серебро на чемпионате Англии.

Форбз удовлетворенно кивнул.

— Это говорит о твоей породе, девочка. А он как умер?

Джин сглотнула.

— Больная печень.

— Цирроз? — догадался Форбз. — Ее отец был алкоголиком, — обратился он к агенту. — Что будем делать с этим, Стив?

Льюис мгновенно сообразил:

— Используем с выгодой для себя.

Джин не вслушивалась в их разговор. Ее обожгло слово «алкоголик». Наконец, взяв себя в руки, она произнесла:

— Лучше вообще не упоминать об этом.

— Сейчас как раз в моде трудное детство знаменитостей, — продолжал Льюис, не обращая внимания на ее слова.

— Да, это может сработать, — пробормотал Форбз. — Малышка всю жизнь боролась с оскорблениями, лелея мечту стать великой спортсменкой.

— Меня не оскорбляли! — возмутилась Джин.

— Какая разница? Твоему отцу от этого хуже не станет, а тебе принесет пользу.

Джин давно понимала, что Джо Форбз отнюдь не добрый волшебник и за все приходится платить. Но на этот раз цена оказалась слишком высока.

Она покачала головой.

— Я не сделаю этого.

— У тебя нет выбора! — Форбз поймал ее за руку, прежде чем она успела выскользнуть за дверь. — Если есть возражения, то почитай контракт… Стив!

Форбз и Льюис стали по обе стороны от нее, намереваясь буквально конвоировать девушку в зал, где должна была начаться пресс-конференция.

Мозг Джин лихорадочно работал, пока они шли к вестибюлю. Форбз прав: у нее нет выбора… Хотя…

Бегство! Это единственное, что она может предпринять…

Судьба, однако, резко изменила ход событий.

Джин застыла, не веря глазам.

В вестибюле отеля сидел Ланс Диллон. Увидев ее, он поднялся, не сводя с нее взгляда. Было очевидно, что он не удивлен встрече, что он ждал именно ее.

В первое мгновение Джин показалось, что это мираж, который исчезнет, стоит лишь воспринять его всерьез. Но он не исчезал. Высокая фигура в строгом прекрасно сшитом костюме. Черноволосая красивая голова. И пронзительные синие глаза, которые смотрели на нее с каким-то странным выражением.

— Пойдем, красавица. Не стоит заставлять прессу ждать, — попытался увести ее Джо Форбз.

Но Джин ничего не слышала. Она стояла, в оцепенении глядя на приближавшегося Ланса.

— Джин! — услышала она до боли знакомый голос, и сердце ее сжалось.

Она была не в силах произнести ни слова. Зачем он здесь?.. Чтобы вновь разбить ее сердце?

— Не знаю, кто вы, мистер… — начал Форбз. — Но мисс Кейси пора на пресс-конференцию.

Ланс, будто не замечая его, неотрывно смотрел на Джин.

— Я… видел твое выступление, — обратился он к ней.

— Послушай, парень, — вмешался Форбз, — мисс Кейси не хочет, чтобы ей надоедали фанаты.

— Он не фанат, — проговорила Джин.

— Я один из самых преданных поклонников мисс Кейси, — улыбаясь, сказал Ланс, насмешливо глядя на Форбза.

Джин показалось, что и не было года разлуки, словно они расстались лишь мгновение назад. Любой, увидев этих двоих, мог бы догадаться, что их связывает не просто дружба.

— О Господи! — воскликнул Форбз. — Еще один парень из твоего прошлого? Какой сюрприз ты еще нам преподнесешь?

— Следи за словами, парень! — резко оборвал его Ланс. — Нам нужно поговорить.

Джин кивнула, понимая, впрочем, что не должна соглашаться.

Форбз растерянно озирался.

— Может, позже?

— Нет, сейчас, — бросила девушка.

— Но это невозможно! — Форбз схватил ее за руку.

Джин отшатнулась и тут же услышала, как Ланс гневно сказал:

— Немедленно отпусти ее! Иначе…

В серьезности его намерений сомневаться не приходилось. Форбз выпустил ее руку.

— Пойдем. — Ланс потянул ее за собой.

Джин нервно хихикнула, покорно следуя за ним.

— Ты рычал на него словно гангстер.

— А я и есть гангстер, — улыбнулся Ланс. — Будем надеяться, что я не переборщил.

Они вышли на улицу и сели в такси. И только тогда Джин поняла, что даже не спросила, куда они направляются.

— Что это за тип? — спросил Ланс.

— Мой менеджер, — ответила она, не скрывая неприязни. — А ты действительно ударил бы его?

— Не знаю, — признался Ланс. — Ты бы этого хотела?

— Возможно.

До Джин только теперь дошло, что она натворила своим побегом. Мгновенно почувствовав, как она внезапно напряглась, Ланс спросил:

— Я что, спутал все твои планы?

Можно было обвинить во всем его. Но Джин хотелось быть честной. Ведь он бросил ей спасательный круг, когда она почти тонула.

— «Несмотря на алкоголизм отца, дочь стремится к вершинам», — горько усмехнулась Джин.

Ланс понял, как ей было тяжело.

— И ты сочла эту идею отвратительной?

— А ты поступил бы иначе?

— Вряд ли, но многие использовали бы такой шанс, чтобы прослыть знаменитостью.

— Я не знаменитость! — возразила Джин.

— Пока еще нет. Но пара подобных побед…

Кстати, я не сказал тебе, что ты была великолепна?

Сердце Джин сжалось, но она не выдала своих чувств, скрыв их за легкой усмешкой.

— Нет, но я могу выслушать все комплименты.

— Я не собирался встречаться с тобой, — внезапно хрипло произнес Ланс. — Дорри сказала, что ты выступаешь как раз в то время, когда я здесь буду. Я поклялся себе, что не пойду на стадион, но совсем забыл про телевидение…

— Ты возражаешь, чтобы я писала Дорри? — спросила Джин.

— Нет, что ты! Она просто сияет, когда получает твои письма.

Джин закрыла глаза. Зачем он приехал? Зачем нашел ее? Ей всегда казалось, что если они встретятся, то будут вести себя словно заклятые враги или, в крайнем случае, незнакомые люди. Но сейчас она поняла, что Ланс для нее самый родной человек на этом свете. Он знал ее так, как никто другой.

Джин взглянула в окно и наконец, догадалась спросить:

— Куда мы едем?

— Никуда, — просто ответил Ланс — Я попросил шофера поездить по городу. А куда бы ты хотела?

Она не знала.

— Я не могу вернуться в отель. По крайней мере, не сейчас.

— Хорошо, тогда поедем ко мне, — сказал он и поспешил добавить: — Мы бы могли поужинать вместе, а потом решить, что тебе делать дальше.

— Я не стану давать интервью. Мне достаточно просто бегать.

— Тогда стой на своем. Если это не предусмотрено твоим контрактом, то ты вправе не соглашаться.

— Я… — Джин замолчала в растерянности. Ланс внимательно посмотрел на нее.

— Ты ведь читала контракт?

— Ты же знаешь, что теперь я могу читать, — огрызнулась она.

— Не сомневаюсь. Я ведь спрашивал не о том, могла или нет. Я спросил, читала ли ты его? А если быть совсем точным, то читал ли его твой адвокат?

— Твой отец проверил контракт.

— Отлично. Но мой отец — всего лишь профессор истории, пусть даже замечательный.

Джин рассердилась.

— Он старался помочь.

— Разумеется, — согласился Ланс примирительным тоном. — Но не думаю, что Форбз заставил бы тебя терпеть все это, если бы не контракт.

— Спасибо! — буркнула она.

— Давай посмотрим правде в глаза, — продолжал Ланс. — Интервью — неотъемлемая часть спортивной карьеры. И как ты вообще собираешься общаться с прессой, если боишься даже имя свое назвать?

Джин молчала. Она не знала, что ей делать.

Форбз не может принудить ее ни к чему, но легко может выгнать из команды.

Страшит ли ее такая перспектива? Она не знала. Как пойдет ее жизнь без бега? Размеренно и монотонно потекут дни, похожие друг на друга, как братья-близнецы.

Пока она размышляла, машина плавно подъехала к парадному входу в отель, который рангом был намного выше, чем тот, в котором остановилась команда Джин.

Вслед за ними подъехал черный лимузин, и из него не вышла, а выплыла знаменитая кинозвезда. Настолько известная, что даже Джин узнала ее.

Девушка старалась не глазеть на нее, словно глупая школьница, но так и не смогла закрыть от удивления рот, когда кинодива легкой улыбкой и кивком приветствовала Ланса.

— Ты знаешь ее? — спросила Джин удивленно.

— Не очень хорошо, — равнодушно ответил он. — Она была подругой моей жены.

Похоже, что Ланс не слишком гордился этим знакомством. Оно и понятно — в конце концов, его жена тоже была кинозвездой.

Ланс мягко взял Джин под локоть, и они вошли в огромный холл. Для ужина было еще рановато, но кругом толпились мужчины и женщины в шикарных вечерних нарядах. Джин вдруг остро почувствовала, что ей не место среди них. Ее платье изумрудно-зеленого цвета в тон глазам было милым, но совершенно не походило на вечерний туалет.

— Я не могу ужинать здесь, — сказала она. — Слишком просто одета.

— Для меня ты самая очаровательная женщина в мире, — улыбнулся Ланс, и Джин поверила, что ему действительно все равно, как она одета. Но взглянув в сторону заполнявшегося ресторана, она упрямо повторила:

— Я не хочу туда идти.

— Хорошо. Мы можем заказать ужин в мой номер, — предложил Ланс. Уловив сомнение в ее лице, он добавил: — Но если ты не доверяешь мне… или себе…

— Слишком много о себе воображаешь, — фыркнула Джин.

— Нет. Но то, что было между нами, никуда не испарилось, — тихо заметил он.

— Между нами ничего нет! — воскликнула, покраснев, Джин.

— Докажи это, — сказал Ланс. — Пойдем ко мне и поужинаем. Я и пальцем к тебе не прикоснусь, если ты этого не захочешь. Мы будем сидеть по разные стороны стола и вести светский разговор, а потом распрощаемся как цивилизованные люди. И обещаю тебе, что это будет последний раз. Не смею быть навязчивым.

Последний раз! Слова эти причинили невыносимую боль сердцу Джин. Как много времени прошло с момента их последней встречи! И вот он вновь бередит старую рану.

— Я… — Джин понимала, что лучше ей уйти, но не двигалась.

— Я не прикоснусь к тебе, — заверил Ланс, взяв ее за руку.

Она не отшатнулась и не попыталась сбежать, пока они поднимались в лифте в его роскошный номер-люкс. Джин сразу же прошла к огромному окну, из которого открывался вид на город в лучах заходящего солнца.

— Выпьешь что-нибудь?

Джин покачала головой. Она сомневалась, что вообще сможет есть. Надо положить конец и мучительной боли, и горькому одиночеству — всему, что несут ей встречи с этим мужчиной. Но неожиданно для себя она тихо произнесла:

— Я готова лечь с тобой в постель, Ланс.

Ланс замер в замешательстве. Он не был уверен, что правильно расслышал ее.

— Что?

— Я готова лечь с тобой в постель, — повторила она без тени улыбки. — Ведь ты этого хочешь?

— Я… Да, и этого тоже, — ответил Ланс таким же деловым тоном. — Ты всегда так прямолинейна?

Кажется, его не слишком радовало, как все обернулось. Но Джин не желала романтики. С этим человеком ее связывал только секс, и ни на что другое она не могла рассчитывать.

— Я не хочу, есть, — сказала девушка. — Да и в разговорах я не сильна.

— Что ж, тогда давай покончим со всем этим, — сухо согласился Ланс.

— Да.

— Ты думаешь, Джин, что это так же просто, как вырвать больной зуб? Считаешь, что сможешь исцелиться?

Как точно он понял, что она действительно надеется справиться с этим наваждением.

— Если хочешь, я уйду. — Не дожидаясь ответа, она направилась к двери.

Ланс догнал ее почти у порога и крепко обнял.

— Черт возьми, ты же знаешь, что это не так.

Но я не желаю, чтобы ты воспринимала свое состояние как болезнь.

А это и было болезнью, с жаром и жаждой.

— И это не остановит меня, — почти прорычал он. — Ничто не сможет остановить меня сегодня.

— Я… — В горле у Джин пересохло.

Ланс притянул ее к себе и приник ртом к мягким зовущим губам. Земля словно уплывала из-под ее ног. Как долго мечтала она об этой минуте, как страстно хотела ощутить себя желанной, отдаться чувствам и не задумываться ни о чем!

Он скинул пиджак, поднял ее на руки. Джин не стала сопротивляться, когда поняла, что он несет ее в спальню.

Синие глаза не отрывались от ее лица. Джин внезапно оробела и покраснела. Поняв ее смущение, Ланс отошел и задернул шторы. В темноте было легче расслабиться.

Он вернулся к Джин и слегка провел рукой по ее спине, расстегивая молнию платья. Легкая ткань с шелестом соскользнула с хрупкой фигурки. Она стояла перед ним, хрупкая, беззащитная, но такая желанная.

В комнате было тепло, но она дрожала, как в лихорадке. Ланс раздевался неторопливо и казался странно отрешенным. Чего еще она могла ожидать? Она предложила себя, и он не отказался. Обычный секс…

Но вот Ланс опустился на кровать рядом с ней и крепко ее обнял. И все вокруг перестало существовать. Каждой клеточкой она впитывала жар его горячего тела. Он словно наполнял ее теплом и силой. Губы Ланса обжигали ее лицо, шею, ласкали глаза и волосы.