logo Книжные новинки и не только

«Страшный Суд 3D» Георгий Зотов (Zотов) читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Георгий Зотов (Zотов) Страшный Суд 3D читать онлайн - страница 1

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Zотов

Апокалипсис Welcome: Страшный Суд 3D

Часть 1. Концлагерь бесов

Да, знаю я того, кто ждет меня, — Властитель Преисподней, Сатана. На том мосту, где смерть зовет нас в Ад, Стоит он, черным пламенем объят…

Manowar. Bridge of Death

Как уже сообщалось по ТВ, вчера ночью группа неизвестных злоумышленников совершила дерзкое нападение на Институт космических исследований в Москве (ул. Профсоюзная, д. 84/32). Представитель института отказался от любых комментариев прессе, тем не менее «АиФ» удалось узнать подробности странного грабежа. Бесшумно нейтрализовав охрану, незнакомцы вскрыли электронные замки, умудрившись при этом не попасть в поле камер видеонаблюдения. Сигнализация сработала лишь тогда, когда непрошеные гости разбили в одном из кабинетов стекло, и службы правопорядка не обнаружили никаких следов, кроме груды осколков. Ожидается, что все работники института будут подвергнуты допросу, и следствие не исключает: кто-то из них мог быть в сговоре с грабителями. Информация по-прежнему поступает крайне скупо. За чем именно охотились взломщики, пока не сообщается. Напоминаем — неделю назад похожий случай произошел в американском городе Пасадена, штат Калифорния. После полуночи неизвестные ворвались в здание Лаборатории реактивного движения научно-исследовательского центра НАСА. И там видеокамеры также не зафиксировали их лиц: как предполагает ФБР, произошел компьютерный сбой…

...
Из газеты «Аргументы и факты», 10 апреля 2009 г.

Пролог

— Сладкооооооо… ооооо… даааааааааа… сладкоооооо…

Иезекиль понимал, что он спит. Ощущал сон всей кожей и все же никак не мог проснуться. Африканские баобабы сплелись над головой толстыми узлами засохших сучьев — небо лилось с них вниз, расплываясь по земле тусклым блеском кровавых луж. Острые шипы проникали внутрь ладоней — без боли, мягко, как в сахарную вату. Сквозь багровые облака с трудом, лепестками роз, пробивались судороги умирающего солнца: оно агонизировало, дергаясь остатками лучей. Иезекиль попытался пошевелить левой рукой… пальцы не двигались… в голове медленно, как в меду, плавал мозг. Загадочный шепот невидимого существа — знакомый арамейский волнообразно перемешивается с чужими словами, на странном языке.

Именно этот шепот и мешал его пробуждению.

Захлебываясь в тягучих волнах дремоты, Иезекиль изо всех сил пытался вспомнить. Что-то произошло здесь совсем недавно. Даже сквозь сон он видел смутные очертания обвисших крыльев напарника — Рафаила, и перья, рассыпавшиеся по мокрому полу: глазурь голубых изразцов, вся в мельчайших каплях воды. Они привыкли к сырости — офис Небесной Канцелярии изначально расположен среди облаков. Рафаил не подавал признаков жизни. Лишь колыхание перьев тащило через сонные мысли коллеги догадку — он тоже спит. Почему они не просыпаются? ПОЧЕМУ?

Меч вывалился из руки — с погребальным звоном. Против воли Иезекиль погружался в муть черных вод глубокого озера — стараясь махать крыльями, чтобы грести. Мимо проплывали скользкие рыбы — касаясь его плавниками, оскалив пасть, полную зубов. Света уже не было видно: только тьма, беспросветная тьма, прореженная пестрыми лентами рыбьих плавников.

— Теплооооооооо… мягкооооооо… хорошооооооо…

Шепот оплетает шелковыми нитями паутины, связывая по рукам и ногам. Крылья мелко, судорожно подрагивают. Миры сменяются — один за другим. Вынырнув на поверхность из гиблого озера, он ослеплен яркостью зелени, видит птиц с большими когтями и раскрытые пасти неведомых чудовищ.

Что такое с ним приключилось? Воспоминания пробиваются с трудом, увязая в болоте сна. Тусклая вспышка освещает видение. Кажется, они стоят с Рафаилом на посту — торжественно, как на параде, держа в руках мечи. Самый важный пост во Вселенной и одновременно — самый бестолковый. Для того чтобы охранять этих, не нужно присутствия вооруженных до зубов ангелов-стражей. У порогов камер установлена особая штука, которую им нельзя преодолеть — отшибет в сторону, как человека электрической оградой. Кажется, Иезекиль уже упомянул о важности их караула… но наряду с этим к службе ангелов примешана изрядная толика кислейшей скуки. Днем они с Рафаилом только и делали, что позировали для фотоаппаратов: «щелкнуться» у двери № 1 считал своим долгом каждый — от младшего архангела-стажера до старого серафима с многопудовыми крыльями. Долгими ночами, маясь от безделья, ангелы-стражи часами играли «в Библию». Что это такое? Как игра в города. Называешь любой пункт из библейских виршей или святой персонаж, а твой оппонент в ответ должен назвать точно такой же, на последнюю букву. Игра, между прочим, сложная, не всякий интеллектуал ее одолеет. Случается, повезет — вздумают свалить тебя «Иерихоном», ввернешь в ответ «Назарет». Ну, а если «Вирсавия» или, оборони Господь, «Юдифь»? Заняться больше нечем. Карты, понятное дело, запрещены. Шашки тоже. Из-за шахмат и вовсе давеча случился скандал на Совете Серафимов. Секретарь-купидончик из аппарата праведного Ноя принес манускрипт: согласно ему, по первости в Индии в шахматы на деньги играли — и все, приравняли к азартным играм. Застукают теперь с шахматами — пиши объяснительную.

Ох, как тяжело… что-то давит ему на грудь… Сладкий шепот патокой заливает уши:

— Лежииииии… радуйсяяяяяяяя… засыпаааааааай…

Похоже, это гипноз. Слова тяжело пробиваются к нему, как через пуховые подушки. Он потерял способность двигаться. Парализован и Рафаил. Ангелов усыпили в одно мгновение, прямо во время игры. С ними случилось то же самое, что и с некоторыми пациентами на сложной операции — бывает, даже после наркоза те видят и слышат, только слабоооо… слабоооо… слабооооооооооо…

Перед Иезекилем с ревом разверзлась стена огня. Сгустки пламени целовали в губы раскаленными цветами: длинные волосы ангела, сухо шелестя, осыпались пеплом. Буйство пламени рождало причудливые образы — в огне виднелись женские лица, сплетенные в танце тела, раскрытые рты и руки, протянутые к нему в последней мольбе. Он не чувствовал жара — лишь приятную, успокаивающую теплоту. Огненная пасть дыхнула, подобно тысяче драконов: Иезекиль полетел в пропасть, безвольно отдавшись стихии. Сон поборол ангела: он не мог ничего делать, даже думать — мысли закрутились в огненном вихре, рассыпаясь на угли. Пламя поглотило разум.

— Всеееееееееее… тепеееееееееееерь… всеееееееееееее…

Теплота сменилась резким, пронизывающим крылья холодным ветром.

Он проснулся так же внезапно, как и заснул.

Иезекиль вскочил словно ошпаренный. Быстро ощупал пояс туники — поднял с пола лезвие. Полез за спину — рука ткнулась в мягкий пух… крылья, кажется, не повреждены.

Рядом протирает слипшиеся глаза Рафаил — очумевший толстяк сидит прямо на полу, положив на колени меч, рыхлое тело колеблется от приступов зевоты.

Молниеносный взгляд вдоль узкого коридора, и Иезекиль облегченно перекрестился: оооо, слава тебе, Господь Всемогущий, воистину слава! Замки на всех трех дверях, обозначенных номерами 1, 2, 3, не тронуты: ни царапинки, чисты и невинны, как детская любовь к мороженому. Главная дверь — на месте; сразу видно — к засовам не прикасались. Тяжелые пластины чистого серебра, скользкие и мокрые от непрерывно льющихся струй святой воды. Поверх — лично скованные архангелом Михаилом цепи, чья сила скреплена замком с печатью апостола Петра. Но все это чистая формальность, мишура попсовая. Секрет неприкосновенности камеры № 1 — совсем в другом. Прямо через порог железной нитью проложена трубочка толщиной едва ли не в человеческий волос, полная субстанции. Она совсем незаметна на первый взгляд, но ее действие весьма ощутимо — в этом-то и состоит подвох.

Те, кто усыпил их обоих неведомым гипнозом, просчитались. Через субстанцию не прорваться даже легиону отборных бесов, включая такого головореза, как демон Агарес, — правая рука Сатаны, герцог Восточного и Западного секторов Ада.

Иезекиль плавно отстегнул рацию под крылом. Сейчас он доложит начальству о беспрецедентной атаке неизвестных сил, поднимет тревогу во всех департаментах, позвонит каждому апостолу. Но сначала хорошо бы лично убедиться: в камере № 1 ничего не случилось.

В прямом смысле ничего.

— Нормально себя чувствуешь? — спросил он Рафаила, помогая ему подняться.

— Угу, — ответил толстяк, протирая осоловевшие глаза крылом.

Иезекиль вложил небесно-голубой ключ в замок — тот лязгнул, распадаясь надвое, цепи упали вниз. Изнутри соседней камеры № 2 слышался рев и топот копыт, пахнуло смрадом зверинца. Существо материлось, с грохотом ломясь в дверь.

«Надо ему еды потом занести», — мелькнуло в голове Иезекиля.

Камера № 1 встретила ангела-стража запахом тухлых яиц и холодной сыростью — стены из иерусалимского кипариса, казалось, дышат святой водой. Потолок глядел на него гипсом с ликами угодников, на нитях свешивались распятия, в углах — душевые отверстия для распыления елея. Эту камеру, говорят, конструировал лично Ной. Плазменный телевизор странно смотрелся в темном пространстве: что-то вроде бриллианта на шее нищей старухи. Едва шагнув за порог с субстанцией, Иезекиль все понял.

Сонный ангел за дверью дернулся, услышав крик ужаса…

Глава I

Пила XXVI (где-то в центре Москвы, в темном переулке)

Дьявол, моргая, вяло смотрел в темноту. Он смог различать предметы уже через пару мгновений — се природные обитатели Ада обладали кошачьим зрением. Напротив него, скрестив по-турецки ноги, сидел человек. Низкорослый, как гном, толстенький и в черной робе заключенного Армагеддона: капюшон надвинут на лицо — наверняка морщинистое. Ничего не видит, а потому боится произнести вслух хотя бы одно слово. Да, время сейчас такое: если утащили тебя куда-то среди ночи — лучше помалкивать.

Хвост Сатаны звучно щелкнул.

— Где я? — вздрогнув, спросил человек.

— Понятия не имею, — отозвался Дьявол. — Я и про себя-то этого не знаю.

Он уже узнал своего соседа, но не подал виду. Так было прикольнее.

В руках толстячка тускло вспыхнул дисплей мобильника.

— Босс! — упавшим голосом произнес «гном». — Неужели это вы?

— Можешь рога пощупать, — зевнул Дьявол. — Убедишься наверняка.

Пиар-директор Сатаны не принял совет во внимание. Вытянув ладонь вверх, он поднял сотовый телефон над головой. Слабое мерцание голубовато-мертвенным оттенком осветило крохотную комнату, больше похожую на коробку. Ее стены покрывал белый больничный кафель, на полу стояла ванна, полная воды, по бокам от нее, как мертвые часовые, — останки двух разбитых унитазов. В воздухе отчаянно соперничали запахи хлорки и жженой резины.

Пиар-директор попытался двинуть ногой, но у него это не получилось: лодыжка онемела, как после парализующего укола. Ощупывая кожу, пальцы ткнулись в железо — в дисплее «моторолы» отразилась цепь.

— Ааааааааааааа! — завизжал пленник, телефон хлопнулся об пол.

— В чем дело? — лениво осведомился Дьявол.

— Нас похитили, босс, — щупая помещение лихорадочным взглядом, залепетал пиар-директор. — И знаете кто? Маньяк, обсмотревшийся сериал ужасов «Пила». Кафель, унитазы, кандалы. Бьюсь об заклад, скоро на стене включится экран и человек в маске скажет — через час комната от пола до потолка заполнится святой водой… если я не решусь отпилить себе ногу!

Выслушав его тираду, Дьявол не изменился в лице (точнее сказать — не изменился в морде), проявляя полнейшее спокойствие. Звякнула цепь, смыкающая железный «браслет» на руке, — он почесал мохнатое ухо.

— И какой в этом смысл? — равнодушно произнес Сатана. — Остаются лишь сутки до начала Страшного Суда на Красной площади. Все улицы буклетами оклеили, кругом щиты с рекламой, телик надрывается. Телезвезд Ураганта и Целкало, плюс кучу других наняли спецконтрактом вести прямой эфир. По ТВ сегодня — телефонная линия «Разговор с Иисусом». Обычные и VIP-грешники со всего света приглашены звонить и задавать вопросы, ангелы установят в Москве мониторы для видеонаблюдения. Отпилишь себе ногу? Так уже через минуту новая вырастет. Новый ремикс «Апокалипсиса» — мертвецы воскресли на Судный день. Убить тебя не-воз-мож-но. Даже засадив крест в миндалины… Поэтому не стоит психовать.

Произнеся этот спич, Дьявол смежил веки: ему хотелось впасть в нирвану.

— Вы как-то подозрительно спокойны, — всем телом трясся пиар-директор. — Меня напрягает ваш буддийский пофигизм. Что тут вообще происходит?

Унитаз умиротворенно булькнул — внутри журчала вода.

— Мне смысла нет волноваться, — пожал плечами князь тьмы. — Я проиграл Армагеддон — финальную битву с армией ангелов и нахожусь в плену в ожидании Страшного Суда. Сучье добро обложило меня со всех сторон иконами, серебром и крестами, по ТВ — интервью с героями Армагеддона, реклама добродетелей и проповеди о грехе употребления безалкогольного пива. И так — каждое утро, с пробуждения. Словно в «День сурка» попал.

Пиар-директор, пошарив по полу рукой, подобрал упавший мобильник.

— Я не очень понимаю: какой грех в безалкогольном пиве?

— Я тоже, — согласился Сатана. — Но это вопрос не ко мне. Совет Серафимов в Небесной Канцелярии каждый день выпускает коммюнике и рекомендации по безгрешному поведению. Вот они там опять согласовали, вышло постановление: безалкогольное пиво дает иллюзию настоящего, а значит, приравнено к наркотику. Любое удовольствие, с их точки зрения, греховно. Ханжи! Сейчас такая свистопляска началась — люди еще вспомнят меня.

Пиар-директор ответил вздохом, похожим на змеиное шипение. Лет пять назад Небеса провели в Москве бета-тестинг конца света (облегченную версию, под кодовым названием «Апокалипсис-лайт» [Имеются в виду события первой части «Апокалипсис Welcome». (Здесь и далее примечания автора.)]). Ввиду ее полного провала было решено повернуть время вспять и все начать по новой — сосредоточившись на классическом варианте «Откровения» Иоанна Богослова. Все пошло по жесткому графику: вострубили семь ангелов Апокалипсиса, моря превратились в кровь, вода в реках сделалась горька, прилетела саранча с женскими головами, повсеместно начались извержения вулканов и метеоритные дожди. Из моря на песок вылез Зверь с семью головами и десятью рогами, ему поклонились земные народы, а к власти пришел Антихрист [Антихрист (или Лжепророк) — согласно Откровению Иоанна, этот человек (посланник Сатаны) захватит власть на Земле и начнет ставить свою печать на людях («на правую руку или чело»). Правление Антихриста продлится 42 месяца, после чего тот будет низвержен Богом и осужден на Страшном Суде. В разное время христиане называли Антихристом Нерона, русского царя Петра I и даже… Наполеона.]. Пока суд да дело, подошло и время битвы добра со злом — сражения у горы Мегиддо, в просторечии Армагеддон. Исход конфликта, разумеется, был прописан в «Откровении» заранее, но Сатана и его демоны сражались с упрямством обреченных. К армии зла (бесы и падшие ангелы) примкнуло войско добровольцев из людей — политики, пиар-менеджеры, поп-звезды и поклонники шоу «Дом-2», но это не помогло. Финал сражения оказался закономерен, несмотря на личное участие Жириновского, пиарщиков Кремля и Сергея Зверева, чье появление на поле боя повергло ангелов в ужас и едва не повернуло их вспять. «И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый Диаволом и Сатаною, обольщающий всю вселенную, и ангелы его низвержены с ним».

Легионы демонов попали в плен. Их разместили в особой «зоне», в Бутово, — вплоть до Страшного Суда. Сам же Дьявол, а вместе с ним Антихрист и Зверь были заключены в VIP-тюрьму с охраной из суровых ангелов-стражей, подвешенную в небе, среди облаков, откуда, казалось бы, невозможно сбежать…

И вот в эту самую ночь неизвестная сила перенесла Сатану в некую комнату — вроде общественного туалета, без признаков окон и дверей. А вместе с ним из лагеря военнопленных бесов перенесся и пиар-директор. С обоими это приключилось во сне.

Странно. Непонятно. Неожиданно.

— Рассуждая логически, — продолжил Дьявол, счищая когтем грязь с кафеля, — ничего хуже с нами случиться уже не может. Небеса навряд ли предоставят мне адвоката, это пустые формальности — Иоанн обозначил, что меня ждет. Бросят в «озеро огненное» в компании Зверя и Антихриста, где буду «мучиться во веки веков». В связи с этим то, что сейчас происходит, — всего лишь развлечение. Кто и зачем перенес нас в кафельный гроб? Да, самому это любопытно.

— Так почему вы это не угадаете? — удивился пиар-директор.

— Я теперь — зло с ограниченными возможностями, — развел копытами Сатана. — Поражение армии бесов привело к полной власти ангелов: перед Страшным Судом решением Совета Серафимов всем существам отключили магию. Это раньше я даже в церковь мог запросто зайти, а теперь все — и трехлетнего ребенка не побью. Кроме того, ты думаешь, на мне простые кандалы? На них древнееврейские заклятия по обузданию демонов. Конечно, я Дьявол, а не обычный бес, поэтому жалкие остатки черного волшебства у меня все же сохранились. Вот, смотри, я тебе сейчас продемонстрирую… одну секундочку.

Дьявол прочел заклинание на латыни. Глаза полыхнули черным огнем, из ноздрей струйками вырвался дым. Помещение сотряс слабый разряд грома. На кафеле во вспышке бледного света появился тарантул. Пошевелив мохнатыми ногами, он перевел на Сатану все восемь глаз и присвистнул:

— Мужик с головой козла. Во меня торкнуло!

Метнувшись во тьму, тарантул поспешил спрятаться позади унитаза.

— Говорящий паук, — с уважением произнес пиар-директор. — Круто, а?

— Не совсем, — уныло отозвался Дьявол. — Вообще-то я попробовал, как в старые времена, вызвать стаю летучих мышей, полчища черных крыс и легион тарантулов. А получился лишь один вот такой мутант. Мысли еще читать как-то могу, но не на большом расстоянии. В общем, нечто вроде младшего демона семнадцатого класса, даже самому стыдно. Без полкило серы и стакана крови девственницы о хорошем колдовстве думать сейчас не приходится.

Пиар-директор попытался отползти в сторону, но ничего не вышло — цепь крепко держала ногу. Он обшарил ладонями пол, думая, что, как в кино, рядом должна быть как минимум ножовка — но, увы, ее тоже не оказалось. Кафель зашуршал хвостами мышей, и пиарщик инстинктивно отдернул руку.

— Но… тогда кто же похитил нас и переместил сюда? И главное — зачем?

Хвост Дьявола размяк, слабо дрожа кисточкой.

— Это явно не демон, потому что им в VIP-тюрьму не пробраться, — рассудил Люцифер. — Да и кто на такое пойдет? Мои подручные все в плену. Кроме того, порог камеры охраняется субстанцией, ни одно существо из Ада не ступит внутрь узилища — током треснет. Есть вероятность, что кто-то из ангелов затеял свою игру. Как нас переместили сюда — не суть важно. А вот во втором вопросе ты попал в точку — ДЛЯ ЧЕГО? Обстановка и верно похожа на «Пилу», тут базару нет… часть эдак двадцать шестая, или сколько там уже вышло? Заброшенное, нежилое здание. И я не могу въехать — почему нас до сих пор не нашли? У этого типчика с креста, — Дьявол слегка скривился, — имеются отличные способности к ясновидению. Неужели похищение — с его санкции? В Небесной Канцелярии хватает интриганов, тянущих одеяло на себя… Оно и понятно: если среди ангелов целых девять ступеней карьеры [«Третий лик» (низшая иерархия ангелов небесных) — это ангелы, архангелы и архонты. «Второй лик» — силы, власти и господства. «Первый лик» (высшая иерархия) — престолы, херувимы и серафимы.], обязательно найдутся желающие смухлевать — ради серебряных запонок на тунике, от дельного кабинета и личной массажистки для изнанки крыльев.